Намек был более чем ясный. Кроме него, значит… И его скоро… Не будет. Вряд ли императрица и тем более Юлиса, простят то, что произошло.

– Публично? – выдавил Эдариан.

В этот момент, впервые за всю беседу, Берриус посмотрел на парня серьезно. Ровно также, как в то лето перед поступлением в Академию.

– Императрица милосердна, – произнес мужчина. – К тому же Империя потратила на тебя силы и средства. Тебе не кажется, что будет правильно вернуть их?

Чуть позже. Кабинет императрицы.

Войдя в кабинет, Лавр Берриус поставил трость у стены. Прямо у двери. И, разминая руку, прошел к столу, за которым сидела Нэйран Грестос. Императрица с интересом наблюдала за мужчиной.

– Не скажу, что это будет сложно, – произнес, наконец, Берриус, садясь на стул перед столом. – Но муторно.

Грестос понимающе хмыкнула.

– Но лучше он, чем его отец, – произнес глава Прамерии. – Жаль, что не младший. Было бы проще.

– Времени достаточно, – заговорила императрица. – Поэтому работайте спокойно. Как минимум два года у нас есть.

– Чертова палка, – Берриус не стесняясь, покрутил плечом. – Нэйран…

– Лавр, ну сколько можно? – усмехнулась Грестос. – Ты каждый раз жалуешься.

– Выражаю недовольство, – поправил глава Прамерии. – Это Аваратану она была, как вичка. А мне уже все руки оттянула.

– Я могу приказать, чтобы переделали в подвеску, к примеру, – усмехнулась императрица.

– Ну да! – вскинулся Берриус. – Чтобы я себя лошадью ощущал, да? С хомутом на шее?

– Тебе не угодить, – улыбнулась Грестос.

Берриус вздохнул.

– А вот Аассену она бы была как раз, – с каким-то несколько даже мечтательным выражением произнес он.