— Очень странно, вход сюда хорошо спрятан, но ни одной ловушки нет — тихо сказал Хогат и, посмотрев на своих спутников, взялся за ручку двери. Дверь оказалась не запертой, а петли ещё сохранили немного смазки и не скрипели. Осторожно шагнув внутрь, он усилил свечение своего магического фонаря.

— Ух, ты ж мама дорогая! — Воскликнул Штырь, рассмотрев то, что находилось в комнате.

— Какая-то странная пыточная — выдал Дор своё мнение о содержимом комнаты.

— Это не пыточная, это рабочий кабинет Тэнэра — пояснил Хогат.

Комната, в которой они оказались, была похожа на анатомическую лабораторию. У одной из стен стоял скелет, на многочисленных полках было много стеклянных банок, заполненных зеленоватой жидкостью, в которой плавали внутренние органы и даже части тел. В самом центре комнаты находился большой стол, обитый медным листом. Буквально в двух шагах от него стоял письменный стол, заваленный множеством флакончиков и горшочков.

— Не знал, что прадед Атона был некромантом — сказал Дор, и тяжело вздохнул.

— А, он им и не был, Тэнэр был великим лекарем, лучшим на всей Вирии. Всё что вы видите, ему было необходимо для лечения людей — пояснил Хогат, покрутил головой и резко взмахнул рукой. Под потолком вспыхнула люстра, состоящая из множества маленьких марнитов, но плохого качества, которые только для этой цели и годились. В комнате стало светло как днём под ярким солнцем.

— Может быть, это и есть тот самый «Повелитель сил»? — Спросил Штырь, показав на люстру и прикрывая глаза рукой.

— Очень интересное решение и очень дорогое. Не думаю, что это «Повелитель сил», это скорее простой светильник, за который можно купить баронство — Хогат тоже прикрыл глаза от света.

Пока Дор со Штырём осматривали комнату, Хогат дрожащими от волнения руками, доставал из ящиков стола книги и толстые тетради. Он был уверен в том, что нашёл то, что искал больше пятнадцати лет. Эти книги и тетради искал не только он, а почти все маги Вирии. Когда Дор нечаянно задел стол и уронил на пол поднос с лекарским инструментом, у Хогата чуть не остановилось сердце.

— СТОЯТЬ! НИЧЕГО НЕ ТРОГАТЬ! — Закричал Хогат, и чуть было не запустил воздушным кулаком в Дора.

— Да, я, это, не заметил просто — стал оправдываться Дор. Штырь быстро убрал руку с черепа скелета, пока Хогат это не увидел. Слегка успокоившись, Хогат вытер выступивший пот и открыл самую толстую из найденных тетрадей. Через несколько секунд он готов был вырвать все волосы у себя на голове, потому что языка, на котором писал Тэнэр, он не знал. Быстро проверив все тетради, он тихо завыл от собственного бессилия.