Она всё ещё его жена Рика, и они должны объясниться. Поверила бы себе она сама – на его месте?..

Но сначала – спастись. Сбежать. Как видно, надеяться придётся на везение, и ещё на шаль колдуна. И вообще, она дочь своего отца, она Венеш, а Венешей не сломить.

Да? Легко сказать…

Желания уснуть не было, но Ринна легла – ей нужен сон! Попасть во дворец колдуна! А ещё лучше – встретить колдуна. Но нет, несколько часов она бестолку ворочалась в постели и успела её возненавидеть, потом забылась ненадолго. Бесполезно – вообще ничего не снилось.

Утром Сина подала ей умываться, и стакан с водой. С чистой водой без микстур. И сказала:

– Миледи, эсс Сейри желает вам доброго утра и хотел бы видеть за завтраком.

– Хорошо, – безучастно согласилась Ринна.

– Эсс Гаверик передает вам привет…

– Вот как?

– Он просил передать, что сегодня болен, и желает вам хорошего дня и не терять душевного равновесия, миледи… – девушка запнулась, – он так сказал, миледи.

– А что с ним? – Ринна внимательно посмотрела на горничную, – к нему пригласили лекаря?

– Как обычно, миледи, – Сина пожала плечами, словно тоже удивляясь странному поведению старого тая. – Нет, он не просил лекаря.

По пути Ринна заметила Гаверика в проходной комнате – тот дремал в кресле. А в столовой её ждали оба Сейри – Вернан и дядюшка, и какой-то незнакомец.

– Наш компаньон эсс Ристан, – представил ей гостя банкир, – а это наша дорогая леди Ринна Венеш, они с моим племянником давние друзья, вы знаете.

– Вы стали просто красавицей, леди, – благодушно заметил «компаньон».

Видно, он считал, что женщинам надо говорить комплименты.

– Благодарю, эсс. Мы встречались?

– Да, очень давно… – он широко улыбнулся ей и заговорил о каких-то контрактах на поставку пряностей.

Вернан угрюмо молчал, отвернувшись. А Ринна… Её мысли метались. Кто этот Ристан? Громко попросить его о помощи нельзя однозначно, её тут же снова объявят сумасшедшей. Потихоньку попросить? На глазах у Сейри? Как? И потом, может быть, они вообще в сговоре и просить бесполезно. Она не решилась, молча просидела до конца завтрака, благо это было недолго.

Гость раскланялся, и его проводили.