– Слушай меня внимательно! – торопливо стал говорить старик. – Великое Древо удостоило тебя небывалой чести – владеть его семенами! Если по твоей милости они попадут в руки недостойного, берегись! Скажу так, от леса тебе тогда лучше держаться подальше!
Судя по стальным ноткам в голосе старика, все, что он говорил, было очень серьезно. Я уже и сам был не рад такой ответственности.
– Владеть этим сокровищем, как великая ответственность, так и великое благо, – продолжал наставлять меня Леший. – Потом поймешь, о чем тебе сейчас толкую. Просто помни, рано или поздно семя должно попасть в землю и дать начало новому лесу. Сперва оно, как дитя неразумное, и набедокурить способно, и вред самому себе сотворить. Для этого и нужны хранители. Желательно мудрые и опытные.
Говоря о качествах, которыми должны обладать хранители, Леший приосанился. Грудь колесом. Нижнюю губу оттопырил.
– Потому и говорю тебе, что абы кому семя в руки не отдавай, – уже заметно успокоившись, сказал старик и напоследок наставительно добавил, глядя на меня из-под кустистых бровей:
– Лес тебя упаси сделать семена предметом торга. Обиду нанесешь смертную.
Кому именно, он не уточнил, но и ежу понятно – всему Лесу и его обитателям, как минимум.
Странное дело, старик явно считал, что я не достоин такой награды, но попыток выманить у меня эти артефакты не предпринимал.
Грустно наблюдая, как я прячу семена в рюкзак, Леший тяжело вздохнул и сказал уставшим голосом:
– Ладно, иди за мной. Выдам тебе причитающуюся от меня награду. Да поторопись – у меня еще вон сколько дел… Наворотила она тут – будь здоров! А мне разгребать…
Глава 23
Глава 23
– Долго думал, чем тебя наградить, – приглушенный бубнеж Лешего вперемешку с каким-то шерудением и шелестом доносился из широкого дупла старого дерева.
Ага, судя по твоему тону, никого ты награждать не собирался. Не рассчитывал ты, что я выживу.
– Думал, думал и, вот видишь, Сердце Леса решило все за меня, – сказал старик, вылезая из дупла и отряхиваясь от прелых листьев и сухих веток. – Вот, держи. Твоя награда.
На его ладони лежала обычная еловая шишка.