Услышала от него такое и заплакала горючими слезами. Стала спрашивать, чем горю помочь, что же делать? Отвечает мне дорогой наш заступник: «Подожди, сейчас помолюсь за покойного и спрошу, что можно сделать». А сама плачу и плачу, так мне жалко родного брата.

Долго молился болящий и слепой старец и отвечал: «Нужно подать пятьдесят просфор за упокой души».

Значит, я сама должна подать за братца в церкви на литургию заупокойное приношение. Пятьдесят хлебов-просфор. Вынет из них священник на литургии частицы. Опустит их в истинную кровь Христову в жертву за упокой раба божия Николая.

Спросила еще, можно ли сразу выкупить все просфоры за одну службу-литургию? Ответил мне отченька, что нельзя. Поняла я тут, какой труд предстоит здесь от Бога. Представь, церквей знаю только две. В Уяре-селе да в самом Красноярске.

Работаю много, устаю очень. Вставать надо засветло, а ездить надо за много верст поездами. Придется так все воскресенья целый год трудиться.

Взялась я исполнять. Поднималась на рассвете в любую погодушку. Бывало, и в дожди, и в метели. Ехала до церкви к ранней литургии.

Отвезла так двенадцать записочек и столько же просфор-хлебов за упокой Николая выкупила. Устала очень, не справлялась. Упиралась тогда почти без выходных. Работать заставляли, и по дому все надо. Поехала снова в Красноярск ко отченьке дорогому пожаловаться на свою немощь и уныние.

Приехала. Дождалась очереди, зашла и спросила у него, как там Николай, да призналась, что не справилась. Отченька же во святую молитву погрузился и говорит: «Можешь подать за него еще пять просфор, если тебе тяжело».

Укрепилась я, грешная, после тех сладких слов и, подав пятикратно за упокой дорогого брата, засобиралась в Красноярск.

Вернулась со страхом и верою ко отченьке. Волновалась еще, что за покойного скажет. Прошла в горницу под иконы. Услышал молитвенник мой голосок, что просфоры поданы, и говорит кротко так: «Сейчас посмотрю, где он».

Отвернулся в сторону и немного погодя очнулся так, будто вернулся издалека, и твердо сказал: «Видел его в белой рубахе в светлом месте».

Заплакала я от радости и умиления, что Господь так милосерден к погибшему братику моему. Не знаю до сих пор, как и благодарить отченьку за спасение родной души из вечного мрака. Слава Богу. Слава Богу».

Думается нам, сам такой сказ и есть лучшая благодарность. Слушают пусть бедные люди, дивятся и обращаются с молитвами и отченьке. Поставит он всякого просящего на истинный путь.

Долго принимал монах Иов скорбящих в самой столице нашего края. Возненавидели болящего за такую любовь ко ближнему безбожные власти. Много стращали его, угрожали, но до срока не попустил Господь угоднику своему скорби. Не все святые на земле благоденствовали и побеждали, но все поскорбели и много пострадали.