У него был очень красивый голос, и Майкл слушал его очень внимательно, не пропуская ни звука. Такими голосами некогда блистали столь обожаемые им старые кинозвезды, которых этому специально обучали. Они умели превратить самую обыкновенную речь в истинное произведение искусства. Чем больше Майкл об этом думал, тем больше ему казалось, что все происходившее вокруг было всего лишь плодом его фантазии.
— Я не знаю, сколько мне отпущено времени, — продолжал призрак. — Равно как не имею представление о том, где пребывал в ожидании этого момента. Для земной жизни я мертв.
— Я весь внимание. Слушаю тебя, только не уходи. Делай что угодно, но не уходи.
— Ты даже себе не представляешь, как тяжело было проникнуть в ваш мир. Сколько я ни пытался, все было тщетно. Твоя собственная душа была закрыта и не пускала меня.
— Я боюсь привидений, — признался Майкл. — Я суеверный, как все ирландцы. Впрочем, ты об этом сам знаешь.
Джулиен улыбнулся и, скрестив руки, встал спиной к камину. При этом пламя свечи затрепыхалось, будто Джулиен был сотворен из плоти, способной своим движением возмутить воздух. Облаченный в черный шерстяной пиджак и шелковую рубашку, длинные брюки и начищенные до блеска старомодные туфли, он совсем не походил на призрака. Когда он улыбался, его морщинистое, с голубыми глазами лицо, обрамленное седыми волосами, казалось, становилось еще очевидней.
— Я собираюсь поведать тебе мою историю, — изрек он с интонацией доброго учителя. — Только прошу, не осуждай меня. Просто слушай и принимай все как есть.
Майкла охватили смешанные чувства — нечто среднее между невероятным возбуждением и искренним доверием. Тот, кого он всегда боялся и кто преследовал его всю жизнь, теперь стал его другом и находился в непосредственной близости от него. Правда, Джулиен никогда никому не внушал особого страха.
— Ты — ангел, Майкл, — произнес Джулиен. — Ты один из тех, кто не лишился последней возможности.
— Значит, битва еще не окончена.
— Нет, mon fils, отнюдь нет.
Лицо Джулиена внезапно погрустнело и стало каким-то растерянным, как будто он потерял нить рассуждений. Майкл не на шутку заволновался, что призрак может исчезнуть. Но тот, напротив, обрел еще более отчетливые и яркие очертания, когда, улыбнувшись, указал жестом на стоявший у изножья латунной кровати стол.
На нем лежала маленькая деревянная коробка из-под патефона!
— Что же в этой комнате реально, а что — нет? — спокойным тоном поинтересовался Майкл.
— Mon Dieu, если бы я сам это знал. Но мне этого