Холлоран свернул на дорогу, ведущую к главным воротам усадьбы. Вскоре машина въехала в лес; лучи фар освещали стволы деревьев, пробиваясь сквозь густой низкий подлесок. Холлоран поглядывал по сторонам, следя за дорогой и придорожными кустами, ожидая, что вот-вот в зарослях промелькнут силуэты шакалов, но сейчас звери не подходили близко к дороге. Холлоран невольно вздрогнул, услышав резкий треск, раздавшийся почти над его самым ухом. Он повернул голову — ветка, которую зацепила машина, еще качалась. Едва заметным поворотом руля он вывел «Мерседес» на середину пустой дороги — до сих пор автомобиль двигался вдоль обочины.

За последним поворотом показались железные ворота усадьбы — до них оставалось не более нескольких сотен метров абсолютно прямой, ровной дороги. Холлоран снял ногу с педали акселератора. Фары осветили узорную чугунную решетку, и Холлоран приглушил их свет. Он нажал на тормоз, и машина медленно подъехала к сторожке у ворот.

«Мерседес» свернул в старую, неровную колею, и, несколько раз покачнувшись на неровной тропинке, остановился перед старым двухэтажным зданием. Холлоран выключил фары и заглушил мотор.

Дом был погружен во тьму. Ни луча, ни малейшего отблеска света не пробивалось сквозь темные, давно не мытые оконные стекла. Холлоран подождал еще несколько минут, наблюдая за домом из машины — в этот ночной час сторожка показалась ему еще более угрюмой и мрачной, словно последние живые существа покинули ее много лет назад.

Дом не подавал никаких признаков жизни. Но это отнюдь не означало, что внутри никого нет!

Не включая свет в кабине «Мерседеса», Холлоран чуть нагнулся над передним пассажирским сидением, где стояла его черная сумка. Расстегнув ее застежку-"молнию", он нащупал короткоствольный автоматический пистолет, приподняв его всего на несколько сантиметров над дном сумки. Убедившись в том, что оружие не зацепилось за подкладку сумки и его можно быстро вытащить в случае необходимости, он бережно уложил автоматический пистолет обратно и взялся за ручку дверцы «Мерседеса».

Ветер растрепал его волосы, когда он вылез из кабины, всматриваясь в окна второго этажа здания. Луна чуть показывалась из-за крыши дома; фасад сторожки, на который не падал ни один тусклый луч, казался темным провалом в неизвестный мир; прямоугольники слепых окон были едва различимы на фоне кирпичных стен.

Холлоран снова ощутил на себе взгляд того, кто скрывался в заброшенной сторожке. Крепко сжав в руке сумку с автоматическим пистолетом, он скрылся во мраке тени, которую отбрасывал двухэтажный дом.