– Пожалуйста, позовите к телефону мисс Элли Мэйфейр. Абонент желает говорить лично с ней, – услышала она голос телефонистки.
– Мне жаль, но это невозможно, – ответила Роуан. – Она здесь больше не живет.
Как вообще следует говорить о таких вещах? Роуан всегда было неприятно сообщать людям о смерти Элли.
Она слышала, как телефонистка о чем-то переговаривалась с абонентом на другом конце провода.
– Не скажете ли, где ее можно найти?
– Простите, кто звонит? – в свою очередь спросила Роуан, ставя сумочку на кухонный стол. Утреннее солнце уже успело изрядно прогреть дом, и ей было жарко в куртке. – Если абонент желает говорить со мной, прошу перевести оплату на мой счет, – добавила она.
Снова голоса на другом конце провода, затем резкий голос пожилой женщины решительно произнес:
– Я буду разговаривать с тем, кто ответил на звонок.
Телефонистка отключилась.
– Роуан Мэйфейр у телефона. Чем могу служить?
– Тем, что скажете, где и когда я могу застать Элли.
В тоне женщины ощущались нетерпение – возможно, даже злость – и явная холодность.
– Вы ее приятельница? – спросила Роуан.
– Если с ней нельзя связаться немедленно, я хочу поговорить с ее мужем, Грэмом Франклином. Вы, наверное, знаете номер телефона его офиса?
Какая неприятная особа, подумала Роуан. Однако в ней все сильнее крепло подозрение, что звонит кто-то из родственниц Элли.
– К сожалению, с Грэмом тоже невозможно связаться. Если вы соблаговолите представиться, я сообщу вам причину.
– Благодарю, но я не считаю нужным это делать, – отчеканила старуха. – Мне необходимо безотлагательно поговорить с Элли Мэйфейр или Грэмом Франклином.
«Не заводись, – успокаивала себя Роуан. – Судя по всему, эта женщина далеко не молода, и если она родственница Элли, не стоит упускать возможность побеседовать с ней».
– Мне неприятно сообщать вам об этом, – произнесла она вслух, – но Элли Мэйфейр умерла в прошлом году. От рака. Грэм скончался двумя месяцами раньше. Я Роуан, их дочь. Могу ли я чем-нибудь вам помочь? Может быть, вы хотите получить дополнительную информацию?
Молчание.