– Это всего лишь весьма распространенный оборот речи.

– А затем, менее чем через двадцать четыре часа после этого, в архиве на роге динозавра было обнаружено тело мистера Пака. Перед этим труп был изуродован. Подобная операция, мистер Брисбейн, требует времени. У меня нет сомнения, что она была произведена человеком, прекрасно знакомым с музеем. Кем-то, кто имел доступ ко всем коллекциям и архивам. Кем-то, кто мог перемещаться по всему зданию музея, не вызывая подозрений. Одним словом, убийца должен быть в музее своим человеком. Затем Нора Келли получила записку, напечатанную на машинке мистера Пака. В этой записке ее приглашали спуститься в архив. Она последовала приглашению, и на нее было совершено нападение с целью убийства. Нора Келли. Еще одна заноза в вашей... м-м... вашем боку. Третья заноза – агент ФБР. Он в то время находился в госпитале после нападения неизвестного человека в котелке.

Брисбейн смотрел на Кастера с таким видом, словно не верил своим ушам.

– Почему вы не хотели, чтобы Пак помогал Норе Келли в ее, как вы выразились, не относящихся к музею делах?

Ответом ему было молчание.

– Вы боялись, что они смогут что-то обнаружить? Что-то найти?

– Я... я... – пролепетал Брисбейн.

И в этот момент Кастер нанес решающий удар:

– Почему вы стали подражать серийному убийце девятнадцатого века, мистер Брисбейн? Может быть, вас толкнула на это какая-то находка в архиве? Может быть, мистер Пак что-то узнал?

К Брисбейну наконец вернулся дар речи.

– Да как вы смеете?! – выкрикнул он, вскочив с кресла.

– Сержант Нойс? – не повышая голоса, позвал Кастер.

– Да, сэр, – мгновенно откликнулся коп.

– Наденьте на него наручники.

– Нет! – выдохнул Брисбейн. – Вы совершаете чудовищную ошибку, глупец, я...

Кастер поднялся с кресла – к сожалению, это было сделано менее внушительно, чем он надеялся – и зачитал его права:

– Вы имеете право хранить молчание...

– Это возмутительно!

– ...вы имеете право на услуги адвоката...

– Я протестую!