Кэкстон скрипнула зубами. Шанс убивать, хотел он сказать. Шанс учинить резню.

— Шанс, которым лично вы не пожелали воспользоваться.

— Прошу прощения? — спросил он, хлопая глазами.

— Вас не было с ними, когда они явились сюда. Вы пробудили их, но вас не было, чтобы вести их. Вы прятались все это время тут?

— Они знали, где я был. Они должны были прийти за мной. Я знал, что они поднимутся, но обязательно встретят сопротивление.

— Так что, вы держались в стороне, подальше от опасности?

Вампир улыбнулся, показав многочисленные зубы.

— Любой хороший генерал ценится больше, находясь за линией огня, где он может отдавать приказы, а не там, где он станет лишь одним из многих. Вы не согласны? Я знаю, вы с самого начала возглавили своих людей. Как женщина, вы, признаюсь, доказали, что кишка у вас не тонка. Но теперь, будьте любезны, отдайте мне свое оружие, и мы покончим с этим.

— Я думала, вы другой, — сказала она пропустив мимо ушей его приказ. — Вы не такой, как другие вампиры, которых я знала.

Аркли, конечно же, так бы не подумал. Для него все вампиры были одинаковыми кровопийцами. Какими бы благородными принципами они ни обладали в жизни, в смерти они становились монстрами.

— Я сожалею, мисс, но час пробил. Ваше оружие, пожалуйста.

— Какое? Это? — спросила Кэкстон, не слишком ловко вытаскивая «беретту» из кобуры, к тому же она потеряла долю секунды, переключая предохранитель.

И тем не менее она начала стрелять прежде, чем он успел оторвать ей руку.

Он прыгнул вверх и назад, прочь от нее. Движением более стремительным и грациозным, чем то, которое мог сделать любой человек. Четыре пули, выпущенные прямо в ту самую точку, где мгновением раньше было его сердце, вошли в мягкие ткани его живота. Разрывные снаряды разлетелись внутри его тела, каждый осколок следовал по своей собственной траектории сквозь мышечные ткани и желудок. Кожа шла волнами, морщилась и рвалась, и вот уже Кэкстон увидела его холодные внутренности, с которых капали редкие капли чьей-то крови.

Рана была мерзкая и страшная, она свалила бы с ног обычного человека. Боль и шок от нее убили бы многих людей. Вампир же смотрел на свое тело с видом удивленным и… ироническим.

Как только его тело стало восстанавливаться и лоскуты кожи принялись затягивать разрыв, словно бледные пальцы, сплетающиеся между собой, вампир захохотал. Лора совершенно не задела его сердце, даже близко. И подобная рана не могла задержать его.

«Беретта» была пуста. Кэкстон потратила все пули. Левой рукой она потянулась в карман куртки за запасной обоймой, хоть и знала, что перезарядить она ни за что не успеет. Разговор с вампиром был окончен.