— Но что они хотят с ним сделать?

— Понятия не имею, — ответила американка. — Получить власть над людьми? Абсолютную власть? Вернуть страну в феодальные времена и посадить правителем Маджеда? Имей в виду, Оливер, Маджед — совершенно безжалостный человек. Тебе необходимо принять меры предосторожности: надевать под одежду какую-нибудь броню, обзавестись оружием, — может быть, даже на некоторое время исчезнуть. — Говоря это, Рэйчел для убедительности мрачно кивала. Затем повернулась к астрариуму, который я в это время снова упаковывал. — Потрясающая вещь — живое воплощение истории. Древние египтяне были настолько продвинуты в астрономии. Жаль, я не знала Изабеллу. Не сомневаюсь, очаровательная была женщина. — Мы встретились с Рэйчел взглядами, она улыбнулась, потом быстро отвела глаза и спросила: — Но что нам делать с астрариумом? — К моему удивлению, у меня потеплело на душе, оттого что она сказала «нам», но я все равно невольно поежился от страха. Почти все, кто как-то касался астрариума, в итоге пострадали.

Я вздохнул.

— Изабелла говорила, что у астрариума своя судьба и места, где он скрывается. Но я еще не сумел свести все концы с концами. Например, не знаю, куда делись внутренние органы жены и что замышлял Джованни с группой археологов. Добавим к этому загадку истинного смысла шифра. Надеюсь, он укажет нам, где на самом деле место астрариума. Может, это какой-нибудь храм, или гробница, или нечто другое. Я должен выяснить это ради Изабеллы. Как насчет того, чтобы продолжать строить стратегию за завтраком?

— Отличный план, — согласилась Рэйчел. — Сейчас приму по-быстрому душ, и пойдем. — Она потянулась и встала. — Буду готова через десять минут. — Дверь в ванную закрылась за ней.

Сквозь тонкие шторы просачивался свет утреннего солнца. Я посмотрел на стоявшие рядом с кроватью часы с радиоприемником — они показывали половину седьмого. Я поднялся, вышел на балкон. Хор утренних звуков пронзил странный птичий крик. Почему-то он напомнил мне о Лондоне и ястребе-перепелятнике, разбившемся о стекло моей машины, когда я ехал из своей квартиры. Это воспоминание усилило дурные предчувствия, и я внезапно разнервничался. Стараясь отвлечься, взглянул на балкон соседнего номера. Шторы были раздвинуты — судя по всему, он был пуст. Меня привлек скрип шин — к отелю подъехал фургон, я опустил глаза и посмотрел на подъездную дорожку. Охранник повел себя как-то странно: покинул свой пост в будке, подошел к машине и заглянул в окно. Я заметил, как из рук в руки перешли деньги, и, к моему изумлению, охранник пошел прочь от отеля. А фургон остановился у главного входа, и из него выскочили двое мужчин в белой форме. Что-то в их поспешных движениях показалось мне подозрительным, и я стал вглядываться, стараясь разобрать подробности.