— Давайте зайдем в пиццерию к Антонио. Я плачу. А потом я позвоню маме или папе и попрошу забрать нас.

— Замечательно, — сказал Генри.

Идем за пиццей, не откладывая, — быстро проговорила Бетти. — А то все эти волнения разбудили мой аппетит.

И они отправились к Антонио. Лейн шла между Генри и Бетти, обняв их за талии.

— Ты был просто великолепен, — сказала она Генри.

— Да, малыш показал себя, — согласилась с ней Бетти.

— Наш Генри не малыш.

Генри просиял.

— Тебя чуть не вздули, — сказала ему Бетти.

— Все обошлось благодаря пинку, — сказал Генри. — Еще чуть — чуть, и ты бы выбила ему его задницу изо рта.

Лейн рассмеялась.

— Я это и хотела сделать.

— А вы видели его физиономию? — спросила Бетти. — Этот подонок не мог понять, то ли он ослеп, то ли обделался.

— Когда ему приспичит погадить, он еще будет мечтать, что лучше бы ослеп, — сказал Генри. — Просто замечательно. Ты должна попробовать себя в футбольной команде.

— Во всяком случае, все позади, — сказала Лейн. — Надо было давно развязаться с этим типом.

— А мы тебе что говорили, — сказала Бетти.

— До меня долго доходит.

— Хорошо, что ты избавилась от этого слизняка, — сказал Генри.

— Да. — Они подождали, пока пройдет машина, затем сошли с тротуара и перешли через дорогу. — Хотя он был не таким уж и плохим. Иногда он мог быть… — К горлу неожиданно подкатил комок. Глаза наполнились слезами. — …таким хорошим, — закончила она дрожащим голосом.

Бетти погладила ее по спине.