Оставив лежащий на полу баллон, Костя бросился к двери. В последний раз встретились их взгляды. Дима вгляделся в уродливое лицо врага и не испытал страха, лишь удовольствие. На нем не было бинтов, кожи и мускулов, одна осклизлая масса и круглые как у рыбы глаза. Рот с торчащими во все стороны зубами разверзся, вывалив на подбородок прозрачную массу.

– Твой мозг… – с трудом вымолвил урод, указав на него ножом.

– Да, и он мне нужен, – ответил Дима, без колебаний опустив пылающий конец сигнальной свечи под струю газа.

Баллон задрожал. Пламя, вырвавшееся из наконечника, поглотило грязную фигуру. Запахло горелым луком. Превратившийся в живой факел убийца стал кружиться, изо всех сил стряхивая с себя огонь, отчего разгорался только сильнее. Дима крепче ухватился за дымящийся узел рубашки, продолжая поливать огнем обезумевшего от боли человека.

Убийца падал на колени, снова поднимался и бросался на кучи мусора, тщетно пытаясь найти укрытие. Огненная струя следовала за ним неотступно. Решив окончательно покончить с извергом, Дима подступил ближе. Из пылающего столпа навстречу ему метнулось вогнутое лезвие. Удар пришелся по руке. Дима вскрикнул, схватившись за палец. Ржавый шланг, словно взбешенная кобра, взметнулся к потолку, изрыгая расплавленную слюну. Костя, наблюдавший за схваткой у двери, выпал за порог, едва не лишившись волос. Огненный вихрь пронесся и над головой Димы, в полете еще раз задев пылающую фигуру.

Горящий человек упал навзничь, но вместо того чтобы затихнуть, стал кататься по полу, сбивая пламя голыми руками. Из-под рваной материи проглядывали почерневшие конечности, неестественно тонкие и кривые. Из бугристых наростов и лопнувших сосудов, сочилась тягучая слизь. Прозрачная субстанция и кипящая кровь погасили пламя. Обожженная фигура согнулась, застонала и вся задрожала от боли. Сейчас убийца представлял собой кусок копченого мяса, обернутый в почерневшую одежду. Подтягивая непослушное тело, завернутое в крошащиеся лохмотья, он кое-как поднялся. Дима с ужасом наблюдал как существо, слепо шарит вокруг прожженными до костей руками. На месте лопнувших глаз бурлила черная слизь, отдаленно напоминавшая артериальную кровь. В дыре, утратившей очертания рта, словно паразит копошился обожженный язык. Из глотки доносилось мерзкое кудахтанье. Теперь это был человекообразный каркас, потерявший разум и продолжавший двигаться инстинктивно, пытаясь схватить все, что сможет поймать.

Дима лежал на полу, укрывшись листом металла, и следил за движениями головешки. Окутанный клубами дыма убийца шел к нему сквозь огонь. В этот момент раздался взрыв. Голубоватый вихрь накрыл половину склада, целиком поглотив изорванную фигуру. С потолка и стен огненным бураном посыпалась тлеющая ржавчина. Дима закрыл голову руками и закричал. Волны огненного шторма опалили ему ноги, попутно лизнув дверной косяк, за который успел запрыгнуть Костя.