И действительно, в подобных случаях работа — лучшее лекарство от душевной боли и одиночества; и Абель Трелони полностью посвятил себя своему делу.

Не могу не отметить странное совпадение: роды, закончившиеся смертью роженицы и появлением на свет Маргарет, произошли в то время, когда мы находились в усыпальнице. Эта трагедия оказалась каким-то образом связана с его занятиями египтологией, особенно с тайнами египетской царицы.

Абель Трелони редко говорил о своей дочери, хотя не возникало никаких сомнений в противоречивости и сложности его чувств по отношению к ней. Я видел, что он любил и почти боготворил Маргарет — и все же не мог забыть того, что появление на свет этой девочки стоило жизни ее матери. Было еще одно обстоятельство, которое заставляло моего старшего друга мрачно хмурить брови. Лишь однажды он проговорился о причине своей мрачности: «Она не похожа на мать. Чертами лица Маргарет необычайно напоминает изображения царицы Теры».

По словам мистера Трелони, его дочь живет у людей, которые заботятся о ней лучше, чем он смог бы это сделать; и пока девочку не следует лишать простых радостей ее возраста. На самом деле меня несколько удивляло его нежелание подробно рассказывать о собственном ребенке, и как-то после моих вопросов о ней я услышал: «Есть причины, по которым мне приходится быть сдержанным. Когда-нибудь вы это узнаете — и поймете!»

Никогда больше я не заговаривал с ним о дочери и увидел Маргарет впервые в вашем присутствии.

Что касается сокровищ, которые мы, э-э, взяли из могилы, то по распоряжению мистера Трелони мумию — кроме оторванной руки — поместили в большой саркофаг из бурого железняка. Его изготовил верховный жрец Уни из Фив, и он весь покрыт призывами к египетским богам. Саркофаг находится в холле. Прочие предметы из захоронения он предпочел оставить в своей комнате, в том числе и руку мумии — по причинам, одному ему известным. Полагаю, он считает этот предмет самым необыкновенным из всех своих сокровищ… пожалуй, за одним исключением. Я имею в виду рубин, называемый им Сокровище Семи Звезд. Абель Трелони держит его в большом сейфе, снабженном хитроумными охранными устройствами.

Рассказ мой, очевидно, утомил вас, но мне необходимо было объяснить все происшедшее вплоть до настоящего момента.

Через длительное время после возвращения из Египта мистер Трелони снова заговорил со мной о нашем путешествии в Долину Мага. За все это время (почти шестнадцать лет) он никогда не упоминал о Тере, разве что определенная ситуация вынуждала его к этому. Он побывал в Египте еще несколько раз — со мной и самостоятельно, и я тоже отправлялся туда — преследуя свои цели или по его поручениям. И вот однажды утром мистер Трелони спешно послал за мной; в то время я занимался в Британском музее и снимал комнаты на Харт-стрит. Когда я пришел, то он, взволнованный, встретил меня в холле и сразу же провел к себе в кабинет. Ставни были закрыты, и шторы опущены; ни один луч света не проникал в комнату. Верхний свет был включен, но вдоль одной из стен располагалось несколько мощных электрических ламп. Столик из гелиотропа с семигранной шкатулкой был выдвинут на середину комнаты. В свете ламп она выглядела весьма эффектно и, казалось, светилась изнутри.