Это полугипнотическое состояние писатель может вызывать и отключать по своей воле, во всяком случае, когда все у него идет хорошо. Интуитивная часть сознания раскрывается, когда ты начинаешь работать, и распрямляется во все свои шесть футов (случается, что и в десять). И посылает тебе магические послания и яркие образы. В остальное время она не дает о себе знать, разве что иногда помимо твоей воли вырывается на свободу, и тогда ты впадаешь в транс неожиданно для себя, в голове возникают ассоциации, не имеющие ничего общего с логикой, приходят внезапные видения. Конечно, это неотъемлемая, пусть и очень необычная часть творческого процесса. Музы — призраки, и иногда они приходят незваными.

В моем доме живут призраки!

В «Саре-Хохотушке» всегда жили призраки… Ты растревожил их.

Растревожил

Растревожил

написал я на холодильнике. Но чего-то не хватало, и вокруг слова я собрал окружность из фруктов и овощей. Так-то лучше. Постоял, сложив руки на груди, как складывал, сидя за пишущей машинкой, когда не мог подобрать слова или выражения, затем рассыпал «растревожил» и написал:

Призраки

Призраки

— Призраки могут говорить только в круге, — изрек я, и тут же, как бы соглашаясь со мной, звякнул колокольчик Бантера.

Я смешал буквы, подумал, как странно иметь адвоката по имени Ромео… (ввел ромео в круг)

…и детектива, которого зовут Джордж Кеннеди. (ввел джордж в круг)

Задался вопросом, а не поможет ли мне Кеннеди с Энди Дрейком… (собрал на передней панели слово дрейк)

…может, я смогу наделить моего персонажа индивидуальными чертами Кеннеди. В моих романах еще не было частного детектива, а ведь зачастую именно деталями… (из последнего слова оставь д, добавь етали)

…достигается убедительность образа. Я повернул цифру 3 на спину, поставил под детали, словно надел это слово на вилы. Дьявольское — в мелочах.

Оттуда я двинулся дальше. Куда — знать не мог, потому что впал в транс: интуитивная часть моего сознания поднялась так высоко, что логическая не могла ее найти. Я стоял перед холодильником и играл буквами, собирал на передней панели обрывки мыслей, еще не успевших оформиться в мысли. Вы, может быть, не поверите, что такое возможно, но каждый хороший писатель знает, как это происходит.