УБИРАЙСЯ ИЗ ТЭ-ЭР!
УБИРАЙСЯ ИЗ ТЭ-ЭР!
Я так и не узнал, кто оставил эту салфетку на моей газете. Наверное, это мог сделать кто угодно.
Глава 23
Глава 23
Марево вернулось и постепенно трансформировалось в сумерки. Ярко-красный шар солнца, погружаясь в затянувшую западный горизонт дымку, окрасило его пурпуром. Я сидел на террасе, наблюдал за закатом и пытался решить кроссворд. Получалось не очень. Когда зазвонил телефон, я прошел в гостиную, бросил сборник кроссвордов на рукопись (до чего же мне надоело смотреть на название романа) и взял трубку.
— Слушаю?
— Что у вас там творится? — пожелал знать Джон Сторроу. Даже не стал тратить время на то, чтобы поздороваться. Впрочем, злости в его голосе не чувствовалось, только размеренность. Видать, жара совсем доконала его. — Я пропустил самое интересное!
— Я напросился на ленч во вторник, — ответил я. — Надеюсь, вы не возражаете.
— Отнюдь, чем больше народу, тем веселее. — Голос звучал искренне. — Что за лето, а? Что за лето! Никаких катаклизмов не произошло? Землетрясений? Извержений вулканов? Массовых убийств?
— Массовых убийств не наблюдается, но старик умер.
— Черт, да весь мир знает, что Макс Дивоур отбросил коньки, — воскликнул Сторроу. — Вы меня удивляете, Майк! Сообщить мне такую сногсшибательную новость!
— Я про другого старика. Ройса Меррилла.
— Это вы о… постойте. Старикан с золотой тростью, который выглядел как экспонат из «Парка Юрского периода»?
— Он самый.
— Понятно. А в остальном…
— А в остальном все под контролем, — ответил я, вспомнил о выскочивших из орбит глазах Феликса и чуть не рассмеялся. Остановила меня лишь уверенность в том, что Джон Сторроу звонит мне не ради веселых баек, а чтобы узнать, какие у нас отношения с Мэтти. И что я мог ему сказать? «Пока ничего не происходит»? Разве что один поцелуй, пусть и крепкий. Разве это указывало на радужные перспективы?
Я этого не знал. Но Джон спрашивать не стал, в первую очередь его волновало другое.
— Послушайте, Майк, я позвонил потому, что мне есть что вам рассказать. Думаю, вас это удивит и позабавит.
— Удивляться и забавляться — что может быть лучше? Выкладывайте, Джон.