Холлоран почувствовал облегчение, когда Клин отвернулся от него и стал глядеть в огонь, как будто напряженное внимание, с которым медиум долго смотрел ему в лицо, боролось с его собственной волей, подавляя ее. Туман в голове оперативника немного рассеялся, и он вспомнил свой вопрос, который собирался задать Клину.

Внезапно Клин опять заговорил:

— На протяжении двенадцати лет Сэр Леонард трудился над раскопками этого захоронения, осторожно снимая пласт за пластом, расчищая свои драгоценные находки от пыли, но, увы, ничто не помогло ему узнать о прошлом шумеров. В гробницах не было найдено ни одного свидетельства о более ранней эпохе. Некоторые историки выдвинули гипотезу о том, что столь древние документы и памятники могли погибнуть во время Всемирного Потопа — разумеется, если такое событие вообще когда-либо происходило. У шумеров существовала легенда, аналогичная библейскому преданию о Ное; однако она могла быть просто позаимствована из других религий. Но даже если догадка о Потопе верна, все равно хоть что-нибудь должно было сохраниться; хоть какие-то бессвязные обрывки древних легенд могли дойти до более поздних веков, если только их сознательно не уничтожили. Но что могло быть столь скверным, поистине «дьявольски» ужасным, чтобы вызвать такой трепет? Чтобы даже косвенные упоминания об этом постарались стереть из памяти, дабы само зло исчезло навсегда? Ответьте мне, Холлоран.

Клин медленно повернул голову от очага и посмотрел на Холлорана, хитро улыбаясь. Языки пламени вдруг опали, и в комнате стало значительно темнее. Тени, показавшиеся Холлорану сквозь полудрему легкими занавесками, подступили к самому камину, и Холлоран вдруг почувствовал что-то вроде детского страха перед темнотой. Встретив взгляд Клина, он почувствовал, как прежняя усталость охватывает его с большей силой; веки налились тяжестью и закрывались сами собой.

Вопрос… Нет, не тот, что задал Клин, а его собственный… О чем он хотел спросить? Когда Клин рассказывал о подземных захоронениях, в его мозгу промелькнула странная ассоциация. Он вспомнил о тяжелой дубовой двери, ведущей в погреб.

— Вы хотите знать, что находится в подвале? — спросил Клин, хотя Холлоран не успел еще произнести ни слова вслух. — Там, внизу, под домом? Голова Холлорана склонилась; он был где-то на полпути ко сну… или обмороку?

— Вы, кажется, задремали, — послышался голос Клина, — ах да, конечно, сегодня был такой напряженный день. Ну же, закрывайте глаза.

Глаза Холлорана закрылись сами собой, едва тихий голос Клина произнес эту фразу. Его руки и ноги словно налились свинцом. Он проваливался все глубже в тяжелый сон, не в силах стряхнуть с себя оцепенение.