— Сколько у нас еще есть времени, до того как сила Акаши перельет критический минимум этого мира?

— Вспомни, сколько мы искали ее. И сколько раз ошибались. Она здесь уже очень давно. У нас нет времени Гвэн, оно истекло уже очень давно.

— Как вам удавалось сдерживать синдром Пустоты когда она бодрствовала, ведь ее сознание очень не стабильно, она постоянно теряет воспоминания и впадает в сон?

— Главное, чтобы я был рядом с ней, если мы вместе, и она находится в сознании все хорошо, я могу управлять ее сознанием, как создатель и удерживать дыру от разрыва. Теперь иди наверх, я хочу побыть еще немного здесь…. - его взгляд был пустой и неживой, будто происходящее на поверхности больше его не волновало. Осталась только боль, живущая здесь и пропитавшая стены и воду, и его разгоряченное лицо. Он нес бремя в одиночку, и не хотел, чтобы его увидели лишенным сил идти дальше.

Я поплелся назад, оборачиваясь, и видя, как удаляется его фигура в темноту и все больше погружается в воду. Наверное, быть там для него было важнее, чем его игра на поверхности. Тем не менее, все более становилось ясно — у мастера много причин принимать подобные решения и не спрашивать ни у кого разрешения. И я понимал, что сейчас получил от него высшую степень доверия, он показал мне боль, которая разъедает его мозг, бремя, которое лежит на его плечах каменным грузом. Его враги считали — пробуждение Источника нанесет вред Вселенной, именно поэтому, пытаясь сорвать планы учителя, они были уверены, что опасность кроется в пробуждении Акаши. Только учитель мог знать о своем творении правду — истинная опасность как раз в нахождении Источника в седативном состоянии. Чем больше подавляется или усыпляется сознание Акаши, тем менее подконтрольной становится ее внутренняя сила. Видимо кристаллы вокруг и слизистая жидкость — модифицированный вид Созидания. В Источнике содержаться и Хаос и Созидание. Если Ёни — порождения Хаоса. То светящаяся слизь и те невероятные кристаллические насекомые, растения и животные, вырастающие из материи Созидания, просто проистекая из Источника без контроля, она меняется и принимает такую странную форму.

Наверное, мое состояние сейчас было таким же подавленным, как и учителя. Я вернулся радостный, что нам удалось провести управление и продолжить игру с ними. Но после увиденного не могу заставить себя быть равнодушным. Как учителю удавалось так скрывать свою печаль? Как он может так улыбаться? Равнодушно и жестоко, когда его сердце так страдает, когда самый величайший волшебник не может исполнить собственное желание. Или все же это не его желание? А желание всей Вселенной? Без разницы, чьим желанием является благосостояние Вселенной, учитель не может его исполнить. Оно исходное. Он никогда не причинит вред Акаше — возлюбленной, что понимает его сердце.