— Ух ты, — сказал Паша. Поддерживая носилки, он первым вышел из кабины. Ночью пространство недостроенного этажа казалось чем-то фантастическим. Темная поверхность бетона, редкие сигнальные огни, обозначающие голый край платформы. Между серых колонн гулял сквозняк. За отсутствующими окнами — бескрайний ночной город.

— Нам вверх по лестнице, — подсказал Корби. — Там будет решетка, и придется подождать Ару с карточкой.

Ждать пришлось недолго. Ара, Ник и музыканты поднялись на втором лифте.

— Грузовик с инструментами пришел, — сообщила Ара. — Скоро они нас нагонят.

— Хорошо, — обрадовался Комар.

На чердаке горел один-единственный фонарь. Он стоял прямо на полу, и его луч прочертил маршрут от выхода на чердак до подъема на крышу. Подростки прошли по линии белого света и поднялись по последней лестнице. Паша и Александр берегли Андрея, как могли. Им удалось ни разу не наклонить носилки.

Они вышли на крышу. Была ночь, и спящий город внизу светился тысячью огней, но цвет неба уже неуловимо менялся. Корби понял, что скоро начнется рассвет. Он попросил поставить носилки у края крыши, у того самого ее угла, где он стоял в отчаянии и думал о том, что его самоубийство может спасти Ару и Ника, а потом услышал крики бейсджамперов. Сейчас это место казалось очень спокойным. Ночной город почти не шумел. Соседние небоскребы светились в темноте.

Корби взглянул на Андрея. Тот странным, рассеянным взглядом смотрел в небо. Но Корби чувствовал его присутствие, его внимание. Андрей был вместе с ним в свой последний час на земле. Вокруг них полукругом собрались друзья.

— Всю дорогу Ник уговаривал меня сделать одну вещь, — тихо сказал Ара. На его щеках вспыхнул румянец. — Андрей, ты не против, если я почитаю из Библии?

— Почитай, — шепотом согласился умирающий.

— Я учил на армянском, — смущенно сказал Ара. Несколько секунд он молчал, потом тихо заговорил. Андрей, чуть улыбаясь, смотрел в небо. Люди Шершавого вынесли на крышу ящики с музыкальным оборудованием. С ними был Главный. Он деловито распоряжался угрюмыми бандитами. Комар и «Зеленые Создания» пошли распаковывать инструменты.

С удивлением Корби понял, что это самый спокойный момент в его жизни. Время замерло рядом с ложем белокурого юноши. Незаметно пошел дождь. Его легкие капли падали на открытое лицо Андрея и стекали по его бледным щекам.

Ира подошла к Корби.

— Мы не можем играть под дождем, — сказала она. — Мы просто испортим оборудование.

— Не под этим дождем, — возразил Корби. — Этот дождь должен пойти. Он для нас. Посмотри вверх.

Ира запрокинула голову. В светлеющем небе она увидела, что странная, темная грозовая туча висит только над Москва-Сити. Облака вращались, скручивались в воронку, и в их центре появился маленький клочок чистого черного неба — око бури.