Чарльз взял предложенный Ричардом бокал с коньяком и отхлебнул такой большой глоток, что хозяин удивленно взглянул на него.

Алкоголь придал Уоррену храбрости, и он решил спросить Торна напрямик.

– Ричард, – начал он, – можно я спрошу тебя об одном очень деликатном деле?

– Чарльз, мы же друзья, – подбодрил приятеля Торн. – Продолжай.

Уоррен глубоко вздохнул и поинтересовался:

– Ты не мог бы мне сказать, что на самом деле произошло в Лондоне с твоим братом?

Голос и поведение Ричарда резко изменились, в них появилась та холодная твердость, которая пресекала все разговоры на подобную тему.

– Почему ты задал этот вопрос? – наконец выдавил из себя Ричард.

– Накануне я распечатал прелюбопытнейший сундучок, который нашел в Эйкре. Принадлежал он Бугенгагену. В этом сундучке содержались личные вещи археолога. А нашли его рядом со скелетом Бугенгагена.

– Ну и что? – выпалил Торн. В его голосе начинало звучать нетерпение.

Уоррен сделал еще один приличный глоток.

– Знал ли ты, что именно Бугенгаген вручил твоему брату кинжалы? Те самые, которыми Роберт пытался заколоть Дэмьена?

Торн резко оборвал друга.

– Что ты такое несешь, черт подери?

В проекционной будке Марк, холодея, вслушивался в разговор.

– Семь лет назад Бугенгаген написал тебе письмо, – продолжал Уоррен.

– Письмо? Мне? – Торн принялся взад-вперед ходить по комнате. – Я не получал никакого письма.

– Он не успел его отослать. Письмо находилось в сундучке.

– И ты его прочел? – произнес Торн обвиняющим тоном.

Уоррен как-то весь сжался.