Колкий упрек задел служащего, он слегка поежился в своем пятисотдолларовом костюме. «Уйма времени, — рассуждал он про себя, — целая куча денег, творческие усилия — и все ради чего? Чтобы в один прекрасный момент почувствовать рыбой на крючке?»

Дэмьен повернулся к своему помощнику:

— А не отснято ли что-нибудь об оказании помощи во время австралийской засухи?

Дин утвердительно кивнул и добавил:

— Но там нет ничего особенного, почти все было показано по телевидению.

Дэмьен снова обратился к человеку, снявшему рекламный ролик:

— Хорошо, мы что-нибудь найдем для вас. А пока продолжайте работу над старым роликом. Этот мне не нужен… — Он жестом указал на потухший экран. — Этот вообще не выйдет.

С этими словами Дэмьен прошел между служащими, Дин следовал за ним.

— До свидания, мистер Торн, — попрощались собравшиеся, но ответа не последовало.

Дэмьен устремился в свой кабинет.

— Ну и что мы имеем на сегодняшний день? — спросил он Дина, когда тот нагнал его.

— Ботсвана — на следующей неделе, затем Асуанская плотина — в конце месяца.

Дин задумался. Ботсвана являлась проблемой. Но команда, внедрившаяся в эту страну, уже предсказывала, что переворот может произойти ближайшие три-четыре дня. Начнется неразбериха. Надо будет прокормить тысячи беженцев. Что же касается Асуанской плотины, то приготовления по проведению этой операции еще продолжались, однако имелись все шансы успех. Ведь у них работали лучшие взрывники. Да и Поль Бухер — президент Корпорации — сам занимался этим проектом. А у Бухера редко случались сбои.

— Сможем ли мы вовремя доставить в Ботсвану фильм?

— Определенно, — заверил шефа Дин, — но до переворота мы не вправе забрасывать туда наши спасательные команды, а никто не знает, как будет протекать эта заварушка и сколько она займет времени.

Дин проследовал за своим боссом в кабинет и закрыл дверь, скользнув напоследок оценивающим взглядом по внутреннему убранству только что пройденных залов. Как любой новичок, он предполагал увидеть здесь хром и сталь, стекло и кожу, короче, что-то мужское, и был поражен, заметив, что стены обшиты деревом, стулья — какие-то старомодные, а инкрустация стола являла собой сценки из охотничьей жизни. Вся атмосфера кабинета напоминала о старых добрых временах и располагала к неге.

Однажды Поль Бухер отпустил в адрес Дэмьена шпильку, предложив тому примерить напудренный паричок и шелковые панталоны, дабы соответствовать интерьеру. Разумеется, только Бухер мог отважиться на подобную вольность, хотя даже он — второй человек в компании — весьма редко шел на такой риск. Поначалу он хорошенько прикидывал в уме, в каком настроении сегодня Дэмьен, и уж затем мог позволить себе что-то в этом роде. Он никогда не выделывал подобных фокусов за спиной у босса, как и не принимал никаких важных решений без одобрения Дэмьена. Это правило он постиг давно, двадцать лет тому назад, когда работал еще на Ричарда Торна — тогдашнего президента компании.