- А почему не понедельника? - Спросил Лестер.

- Болезнь в понедельник может вызвать слишком много подозрений.

- Ну ладно, вторник, так вторник. - Он поцеловал ее в шею. Мягкий аромат духов взволновал его.

- Хочешь чего-нибудь выпить? - Спросила она.

- Почему нет?

- Действительно. Подожди, я быстренько приготовлю порцию маргариты.

- Отлично. А разве ты пьешь не мартини?

- Уверена, что и маргарита вполне придется мне по душе. - С ленивой, довольной улыбкой, она обняла его, и они снова поцеловались. - Вернусь через несколько мгновений.

- Окей. Да, и не заморачивайся с тем, чтобы солить края моего бокала, ладно? Это слишком проблематично, да и соль я не особо люблю.

- Как скажешь. Тогда, может быть попробуем придумать этому коктейлю какое-нибудь другое название?

- Думаешь? Ну что-ж, давай попробуем.

- Увы, все уже давно придумано. Ничего нового не открывается под лучами солнца, мистер Брайант.

- А мы?

- Мы - это что-то новое? - Она нахмурилась, словно задумавшись о чем-то глобальном. - Конечно же, друг для друга мы являемся чем-то новым, верно?

- Новым и лучшим, - сказал Лестер.

- Наверное, так и есть, - сказала она и прошла на кухню.

Ожидая ее возвращения, Лестер бродил по гостиной. Он посмотрел в камин. На его решетке лежали три расколотых полена и пачка бумаги для розжига, словно ожидающие холодной ночи, когда их смогут растопить. Из под находящегося под ними пепла торчал смятый окурок. На фильтре розовели следы губной помады.

- Надеюсь, тебе нравится Камамбер, - сказала Эмили Жан, вернувшаяся с кухни с подносом сыра и крекеров. Так же на нем стояли и две порции маргариты.

- О, это просто здорово. Главное - успеть отправить его в рот, не почувствовав запах.

- Не почувствовав его запаха, ты лишишь себя части удовольствия. - Она поставила поднос на стол перед диваном. - Присаживайся.