Если бы я не остановился на той заправке, Дюк не сел бы в мою машину. И я никогда не встретил бы Бутс...
Если бы я не остановился на той заправке, Дюк не сел бы в мою машину. И я никогда не встретил бы Бутс...
И не убил тех двух копов...
И не убил тех двух копов...
Я бы сейчас был дома с родителями.
Я бы сейчас был дома с родителями.
А не в бегах. Черт возьми, мы даже не в бегах сейчас. Мы идем по третьему кругу ада. Нас ждет обезвоживание, а потом мы умрем в пыли на обочине.
А не в бегах. Черт возьми, мы даже не в бегах сейчас. Мы идем по третьему кругу ада. Нас ждет обезвоживание, а потом мы умрем в пыли на обочине.
К закату какая-нибудь уродливая ящерица будет лакомиться мои глазные яблоки".
К закату какая-нибудь уродливая ящерица будет лакомиться мои глазные яблоки".
- Слышите? - Дюк остановился, чтобы осмотреть засушливый пейзаж.
- Дай мне знать, если услышишь шум мотора, - сказала Бутс. - Тогда я начну светить ногами.
"Здесь не будет никаких машин, - сказал себе Норман. - Мы далеко от шоссе".
"Здесь не будет никаких машин,
Мы далеко от шоссе".
- Похоже на дизель, - уверенно сказал Дюк. Он кивнул. - Автобус или грузовик.
Норман ничего не услышал. Тем не менее, он присоединился к двум другим, чтобы осмотреть местность. Они держали руки над глазами, чтобы защитить их от немилосердного солнца.
- Мотор не новый, - сказал Дюк с абсолютной уверенностью человека, знающего толк в двигателях. - Но в хорошем состоянии. И глушитель новый.
Норман не собирался возражать.
Бутс заскулила: