- Некоторым парням они тоже нравятся.

- Норман, ты что, педик?

- Нет... э-э-э... Просто размышляю.

- Твое дело – тащить Спящую красавицу. Размышлять предоставь мне.

- Конечно, Дюк.

Тащить труп по неровной земле оказалось тяжелой работой. У Нормана болела спина. Ныли руки. Он подумал, что еще немного и вывихнется плечо.

Выступил пот.

Рубашка промокла насквозь.

И это солнце.

Жарко. Черт, ужасно жарко.

Они оба ухватили то, что могло бы быть огромным дим-самом. Только этот ролл не был набит рыбой или мясом животных - в нем было сто шестьдесят фунтов того, что, по мнению "Доброй книги", было создано по образу и подобию Божьему.

А именно - труп Терри, покойного из Питса.

Дюк почти не потел. Был таким же хладнокровным в условиях стресса.

Норман вспотел, как в турецкой бане.

Оглянулся назад. Увидел, как рулон брезента с тяжелым грузом скользит по пыли, как под ним катятся камни, расплющивая маленький кактус здесь, пучок травы там. В какой-то момент обнаженная рука Терри вывалилась наружу. Дюк сказал Норману не обращать на это внимания. Продолжать тащить.

Норман продолжал.

Хотя, боль была безумной. Он вспотел, как свинья, узнавшая правду о беконе.

"О, Господи". И он все еще не успел сменить нижнее белье после того как случайно увидел целующихся Бутс и Ники.