— Постой, — Сергей вновь остановил ее. — В раю не наплевать, и мне тоже. Если я что-то не так понял, то извини. Скажи мне сама, что ты хочешь, раз я ошибся.

Показалось, что Вика перестала дышать. Вспышка негодования утихла также внезапно, как и началась, и она замерла, стоя босиком на полу.

— Я хочу… остаться, — проговорила она. Взгляд Виолетты молниеносно скользнул по лицу Сергея и упал в пол. — Пожалуйста… Клянусь, я больше никогда не буду к тебе лезть… Ты даже не заметишь меня.

Он даже не думал ни о чем, без затей выдержал пустую паузу.

— Хорошо. Оставайся, — молвил Сергей. — Только не стой босиком — замерзнешь.

Его руки отпустили ее. То ли Виолетта не произнесла, то ли он не услышал ее неуловимого «спасибо». Сергей подошел к постели и без сил сел на покрывало. Виолетта несколько секунд постояла и неслышно шмыгнула обратно через спинку.

Сергей подпер подбородок рукой. Его плечи старчески ссутулились, а глаза бесчувственно остановились на стене. Что он сделал только что?.. Это он, вообще, был?.. Как он мог оставить ее здесь?.. А имел ли он право выгнать ту, за которую уже взял на себя ответственность?.. Чем это все закончится?.. Бездна, откуда он мог знать?.. Один Бог знал все.

Мысли ползли по мозгу, будто не его собственные. Пальцы теребили нос. Сергей опомнился и, вскинув подбородок, прислушался. В комнате стало подозрительно тихо. Он повернул голову. Виолетта сидела на противоположном конце постели, вся сжавшаяся и слившаяся со стеной, и бесцельно тормошила подол своего платья. Вид у нее был самый несчастный.

Сергей выдохнул.

— Виолетта, — позвал он.

На бывшего ангела поднялись забитые глаза. Кажется, Вика слишком уж добросовестно взялась выполнять условия собственной незаметности.

— Ты… не надо так буквально все воспринимать… — промолвил он.

— Что?.. — ее лоб прорезала жалобная морщинка попыткой найти то «небуквальное» восприятие, согласно которому он опять мог выставить ее восвояси.

— Я говорю, что не надо расценивать наши отношения, как их полное отсутствие. Пускай они будут дружескими. Я хочу, чтоб мы и вправду подружились.

— Подружились?.. — переспросила Виолетта.

— Да, — он увидел, что она снова пытается осмыслить сказанное им. — Садись ко мне, а то ты либо станешь частью стены, либо ангину заработаешь.

Виолетта покорно придвинулась к Сергею. Он с состраданием оглядел ее совсем маленький и жалкий силуэт и слегка улыбнулся. Виолетта хотела было тоже ответить ему улыбкой, но не решилась, подавив ее на своих губах.

— Расскажи мне, как прошел твой день, — попросил он.