— Подождите, я все скажу, — выдавил он изменившимся голосом. — Михаил и Агнесс почти неделю тренировали новый маневр, — не дожидаясь приглашения, начал Сергей. — Последнее время у них что-то не очень клеилось в личном плане, это было заметно со стороны… Ангелы говорили, что они разошлись по принципиальным положениям новой концепции, будто Михаил не хотел…

— Что конкретно они не поделили? — перебил Князь.

— Не знаю. Дней пять их не видели вместе, кроме как по работе, и не разговаривали они ни о чем, кроме…

— Что за маневр, какая концепция? — Самуил пристально заглянул Сергею в лицо.

— Я не знаю… То есть не уверен… Они в секрете держат… — Сергей замялся, не выдерживая гнетущего дьявольского взгляда. — Вроде новые способы обороны или в этом духе… Так ангелы знакомые из легиона говорили… — он замолчал, и Князь увидел капельки пота, нестерпимо выступившие на его лбу.

— Ну? И это все? — спросил Самуил.

— Я больше ничего не знаю… Я… говорил с генералами легиона… Один раз… Они… ничего толком… Пожалуйста… Я все сказал, поверь мне… — промямлил Сергей, теряя всякое достоинство.

Князь помолчал.

— Что скажешь? — кивнул он Ираклию.

— Лирика. Бездарно, — хмыкнул пятый генерал. Он сложил руки на груди и сверлил Сергея неприязненным взглядом.

— В самую точку, — целиком согласился Князь.

— Отдать его Варфовским парням, он бы быстро заплясал нам танго, — раздраженно прибавил Ираклий.

Самуил поморщился.

— Связываться еще, — брякнул он. — Иди гуляй, тупая шестерка. Я разочарован в ангелах.

— Спасибо… — Сергей выдохнул и, нервно поднявшись, заспешил к двери.

— Шнырь заоблачный! — до его ушей долетел голос генерала удовольствий.

«Сам шнырь!» — мысленно огрызнулся Сергей. Он оказался в коридоре и закрыл дверь. Его рука смачно хлопнулась о предплечье, показывая средний палец.

«Падшая муза без фантазии!.. Дух позорный!..» — выругавшись, Сергей испытал невообразимое удовлетворение. В последнюю неделю жизни в раю он вообще не виделся с Михаилом, как и с Агнесс, и с генералами. Он жил почти месяц, пряча свою башку от будущего гнева, который потом и схлопотал по полной программе. А все остальное, что он видел, он просто не сказал. Идиоту было бы понятно, ознакомься он нормально с досье.

«Девочка-растерялочка, да как ты с адом управляешься, если листик не можешь найти у себя в столе?!.. А я еще думал, что я идиот!..»

На ходу сплевывая, Сергей пошел по коридору. Сердце бешено колотилось у него в груди. И пусть он знал, что его гнев не был праведен, но радость отыгранного очка перевесила все эмоции.