Чаще всего эти ссоры заканчивались тем же, чем кончается большинство семейных перебранок — примирением. Стычки ради самих стычек случаются у некоторых людей едва ли не повсеместно, становясь при этом объектом их всепоглощающего интереса, и вряд ли следует считать, что их «семейный» характер снижает ожесточенность противоборства сторон. Что до Джеффри и Маргарет, то они периодически покидали «Рок», причем по времени эти их отъезды совпадали с отлучками Вайкхэма. Правда, он всякий раз с некоторым запозданием узнавал об их отсутствии и потому, возвращаясь несолоно хлебавши, неизменно погружался в еще более горькое отчаяние и тоску.

Как-то однажды отлучка Маргарет затянулась дольше обычного. Всего несколькими днями раньше она и Джеффри в очередной раз повздорили, причем, как никогда ранее, ожесточенно. Однако и этот раунд боев им удалось локализовать, вслед за чем слугам было сообщено об отъезде хозяев на континент. Через несколько дней уехал и Вайкхэм Деландр, а вернулся лишь спустя несколько недель, причем все заметили, что вид у него был, как никогда, загадочный — удовлетворенный, возбужденный, ну, в общем, такой, которому они и названия-то подобрать не могли. Сразу же по приезде он направился в «Рок», где опять потребовал встречи с Брентом, а когда узнал, что тот еще не вернулся, проговорил с угрюмой решительностью в голосе, что не ускользнуло от внимания слуг:

— Что ж, приду потом. Новости у меня не пустячные, могу и подождать!

Неделя шла за неделей, месяц за месяцем; вскоре по округе поползли слухи, которые позднее получили свое подтверждение: где-то в Зерматской долине произошло несчастье. На опасном участке дороги экипаж, в котором ехала английская дама, вместе с кучером свалился в пропасть. Сопровождавший ее господин — Джеффри Брент — чудом уцелел, поскольку за несколько минут до этого вышел из кареты, чтобы помочь управлять лошадьми. На основании его сообщения были организованы поиски.

Сломанное ограждение, разбитая дорога, следы лошадиных копыт, когда животные делали отчаянные попытки отпрянуть от бездны, — все указывало на трагическую развязку. Зима в тот год выдалась снежная, повсюду все размокло, отчего река вышла из берегов, а ее русло, изобиловавшее водоворотами, было забито мелкими кусками льда. После долгих поисков удалось найти обломки экипажа и труп одной из лошадей, который прибило к берегу. Позднее ниже по течению у песчаного обрыва в куче речного мусора наткнулись на тело кучера, однако ни женщину, ни вторую лошадь нигде так и не нашли — все посчитали, что их тела, точнее, то, что от них осталось, снесло течением Роны к Женевскому озеру.