— Да, — только и вымолвила Эми.

— Здесь-то вы и находите Питера. Он забрался на вершину холма, но звать его слишком опасно — значит, вам остается отлавливать его возле самого амбара Брюн- неля, затем подвести к машине и срочно сматываться отсюда.

Доремус подвел Эми к залитому луной пастбищу. Кое- где траву прихватил легкий иней.

— Именно в этом направлении я и пошел в поисках Питера — к Брюннелю. Вероятно, Питер заметил меня и… Майкл, несомненно, тоже, в тот момент, когда я прятался у леса. Он сразу же оценил обстановку и смекнул, что я доберусь до Питера гораздо быстрее его, и тогда его затея — коту под хвост. Поэтому он возвращается на то самое место, где оставил машину. Скорее всего он припрятал ее в кустарнике, чтобы тот хоть чуть-чуть приглушил звук мотора. А потом…

— Он уехал, — быстро закончила Эми.

Доремус выключил фонарь и повернулся лицом к девушке. Они стояли по щиколотку в густой траве среди поднимающегося тумана, и их дыхание клубилось легкими облачками. Эми выглядела крайне изможденно, дыхание у нее словно сковало. Девушку охватила дрожь, но не от холода. Что-то не давало ей покоя. На щеках серебряными ниточками заблестели слезы.

— Нет, я так не считаю, — спокойно возразил Доремус. — Он доехал только до владений Брюннеля. И звали его не Майкл.

— Боже мой, — надломленным голосом еле выговорила Эми. — Боже, Боже, нет, нет, прекратите, Доремус! Я не хочу вас больше слушать!

— Там, в интернате, вы неплохо все подытожили, Эми. Вы по кусочкам сложили то, что было уже известно, все, о чем только могли подозревать — все наши теории и версии. Вам удалось слепить из них стройный рассказ, и звучал он весьма убедительно. Но не все в вашем рассказе оказалось правдой, потому что сама правда гораздо, гораздо страшнее. И тем не менее, Эми, мы должны посмотреть ей в глаза. Истина должна восторжествовать.

— Нет! Нет, это невозможно!

— В Шейде нет никакого Майкла Янга, который якобы тщательно планирует убийства, пытаясь отомстить за свою мать. Майкл Янг умер в ту ночь во время бурана, а дух его сейчас пребывает на небесах. Нет никакого Майкла Янга. Он не существует в действительности. Несмотря на все отчаянные попытки Крэга вернуть его к жизни в образе Питера Мэтиса.

Доремус был готов к чему угодно, но только не к той реакции, которая моментально последовала у Эми после его монолога. Девушка набросилась на него с кулаками и, нанося беспорядочные удары, осыпала тумаками и голову, и плечи, и грудь Доремуса. Эми задыхалась и поэтому не могла кричать, но звуки, доносящиеся из ее горла, были куда страшнее самого отчаянного визга. Следователь попытался удержать ее за руки. Тогда она ударила его головой в подбородок, и Доремус, потеряв равновесие, упал. Девушка начала безжалостно избивать его ногами — совсем как озверевший мужчина. При этом она вопила и истерично причитала. Доремус перекатывался с боку на бок, пытаясь избежать сильнейших ударов, наносимых каблуками. Наконец, ему удалось схватить Эми за лодыжку, и он с силой крутанул ей ногу. Эми тяжело рухнула на землю, но, к счастью, высокая трава смягчила удар. Девушка села, все еще продолжая лягаться, и угрожающе выставила вперед руку, словно собираясь вцепиться ногтями в лицо Доремусу. Тот отбросил ее руку и почти оглушил девушку здоровенной оплеухой. Взметнулось вверх облако волос, и Эми удивленно уставилась на Доремуса. Однако ухмылка никак не сходила с ее губ, растянутых в злобном оскале. Тогда Доремус влепил ей еще одну пощечину, и Эми разом обмякла, беспомощно уронив на грудь голову и опустив руки. Белокурые локоны рассыпались по плечам. Из горла Эми вырвался жуткий, нечеловеческий вопль.