Это были фотографии Лайны в гробу. Она лежала там с закрытыми глазами — в том самом фиолетовом платье. А в руках она держала букетик желтых роз — тот же, что теперь висел в нескольких сантиметрах от стола.

— Полтергейст одет в фиолетовое платье, потому что так Джаред запомнил ее, — прошептала я. — Так она выглядела, когда он видел ее в последний раз.

Джаред никогда не любил меня. Я была всего лишь заменой, теплым телом… девочкой, исполняющей обязанности Лайны.

Я поставила первую фотографию на место и окинула взглядом остальные. Мое внимание задержалось на снимке в сверкающей хрустальной рамке.

Он показался мне точной копией снимка Лайны в гробу. Я не собиралась рассматривать его.

Но все же рассмотрела.

Хорошенько рассмотрела.

Рамка выскользнула у меня из рук, упала на деревянный пол и разбилась вдребезги.

— Что? — Меган нагнулась над фотографией. — Что там?

Я встала на колени и аккуратно достала фотографию из груды осколков.

— Это же… — Меган прикрыла ладонями рот. — Алексис… это же…

Это была я.

Точнее, это был снимок тела Лайны с моим лицом. Джаред вырезал в фотошопе мое лицо и вставил его на ее тело.

Мои глаза были закрыты, как будто я спала 4— или была мертва.

Когда он сфотографировал меня спящей?

И тут меня осенило: той ночью, когда я выпила вино и отключилась.

Вино…

«Если кинуть в вино горсть транквилизаторов», — сказала мне медсестра из «Хармони Вэлли».

И теперь я знала — именно так он и сделал.

Мы поблагодарили мистера Элкинза и ушли. Он сказал, что хочет снова лечь спать, но, когда мы отъезжал#, я заметила, что он говорит по телефону, поглядывая на нас в окно.