Светлый фон

Белла, видимо, хотела его допросить, но, сидящий напротив Томас, ее смущал.

Белла, видимо, хотела его допросить, но, сидящий напротив Томас, ее смущал.

Воспоминание сменилось. Мы в гараже у Арчи, после вечеринки. Итен, Арчи и Джексон едва держали глаза открытыми, в отличие от Беллы, которая не могла усидеть на месте.

Воспоминание сменилось. Мы в гараже у Арчи, после вечеринки. Итен, Арчи и Джексон едва держали глаза открытыми, в отличие от Беллы, которая не могла усидеть на месте.

– Ну что он сказал? – нетерпеливо спросила она.

Ну что он сказал? нетерпеливо спросила она.

– Томас не против, но что ему делать, если у нас нет ни текста, ни музыки?

Томас не против, но что ему делать, если у нас нет ни текста, ни музыки?

– Я все придумаю! – вскрикнул Джексон.

Я все придумаю! вскрикнул Джексон.

Все дружно перевели сомнительный взгляд на него.

Все дружно перевели сомнительный взгляд на него.

– Нечего так смотреть. Вообще-то, я талантливый.

Нечего так смотреть. Вообще-то, я талантливый.

– Забиваешь талантливо, – подтвердил Арчи, и я вздрогнула. Стало страшно за них. Жизнь Уайлли наглядно показала, как все может разрушиться в одночасье. Такого рода зависимость уничтожает не только здоровье, но и личность.

Забиваешь талантливо, подтвердил Арчи, и я вздрогнула. Стало страшно за них. Жизнь Уайлли наглядно показала, как все может разрушиться в одночасье. Такого рода зависимость уничтожает не только здоровье, но и личность.

Баловство могло привести к непоправимым последствиям.