– Будь в моих словах и наговорах всяческие недоговоры. – Один за другим доставала ведьма предметы из чугунка и выкладывала на платок. – На то моя воля, такова его доля.

Уголек еле тлел, ведьма зажгла от него пучок трав, и по дому распространился пряный, душный аромат. Бутылочка с водой встала в самый центр. Ведьма открыла крышку, склонилась над горлышком.

– Вертается вода туда, откуда пришла, забирает с собой тучи, уходит гонимая ветрами.

С этими словами ведьма схватила пузырек и разом осушила его. Вечно холодная горная вода обожгла горло. Пустой пузырек встал обратно в центр платка.

– Ключ, зарок, да будет так. – Ведьма накрыла рукой пучок курящихся трав, и тот перестал тлеть. Погас и уголек.

Когда горшок со всем содержимым вернулся в печь, на улице светило яркое солнце и горланили птицы. Ведьма посмотрела, как солнечный луч рисует ровные линии по столу, и улыбнулась. Горло неприятно жгло, кашель вырывался резкими звуками. Расплата за знание и примененную силу. С каждым разом платить приходится больше. Но осталось немного потерпеть, и придет новая сила, подпитает старое тело.

Ведьма зашлась кашлем, согнувшись до самого пола. Заставила себя распрямиться, включить электрический чайник и заварить отвар ромашки.

В дверь постучали. Предстать перед новой ученицей с кашлем не хотелось. Пришлось осушить отвар залпом, обжигая горло кипятком.

Мира смотрела зло, с ней точно будет сложно. Покорится далеко не сразу. Но ведьма и не таких усмиряла, справится и с этой.

– Я буду у вас учиться! – сказала девочка с вызовом. – А вы не тронете Мангуста. И маму, – добавила она, немного помолчав.

Ведьма улыбнулась:

– Условия ставить пришла?

– Вы сами заставляете, – хмуро отозвалась Мира.

– Будешь приходить каждый день, я буду давать задания.

– Но у меня учеба!

– А то ты ходишь в школу? – хохотнула ведьма. – Сколько раз за прошлый год вообще появлялась на занятиях?

Мира промолчала. Мангуст учился за двоих, правда в другой школе.

– Научишься людям глаза отводить, прогулы в школе не будут проблемой. Да и в институте тоже.

– В смысле? – заинтересовалась Мира.

– Приходи завтра, узнаешь.

Ведьма захлопнула дверь перед самым ее носом, успела до очередного приступа кашля. К завтрашнему дню она уже сможет его побороть, а сейчас надо было заинтересовать девчонку.

Девочка еще топталась у двери, не уходила. Ведьма сделала вид, что не замечает чужого присутствия, успела даже забыть об этом. Пока за домом что-то не упало.

Мира изучала куриные клетки.

– Зачем вы их закопали на стройке? – спросила она, когда ведьма вылетела во двор.

– Я сказала, завтра приходи! – Проблем с этой мерзавкой будет больше, чем думалось.

– Зачем? – Упертая коза стояла на своем, смотрела прямо, будто имела право знать.

Не имела, но заслужила. Ведьма шумно выдохнула и решила все-таки ответить на вопросы:

– Люди, они такие, им только дай легенду, чтобы в нее верили. Они за нее радостно и ухватятся. А ты будешь этим стадом управлять.

– А при чем тут легенда и куры?

– Человек приехал за знаниями, конкретными знаниями. – Ведьма многозначительно посмотрела на Миру. – Эти знания должны иметь почву, вес.

– Куры-то здесь при чем? – нетерпеливо повторила вопрос Мира.

– Это жертва, чтобы бизнес хорошо шел, – не выдержав, прямо ответила ведьма.

– И все? – разочарованно протянула девочка.

– А ты чего хотела? – удивилась ведьма. – Сто голов, это серьезная плата, вообще-то.

– Не знаю, – призналась Мира. – Мне показалось, что там что-то серьезнее какого-то успеха в бизнесе.

– Успех не какой-то. – Ведьма сама не заметила, как стала объяснять Мире то, во что вообще не планировала посвящать. – Эта жертва поможет ему стать единственным владельцем гостиницы в городе. Монополистом.

– А вам что с этого? – прищурилась Мира. – Если такая серьезная услуга.

Ведьма снова улыбнулась:

– А ты правильные вопросы задаешь. – Она села на землю, вытянув перед собой ноги в старых калошах, Мира села рядом. – В этом городе я всем заведую, мне чужие господа не нужны.

Мира удивленно уставилась на ведьму. А как же губернатор? Как же семьи, которые живут тут не одно столетие и имеют вес?

– Они хотят думать, что за ними власть, пусть дальше так думают, – объяснила ведьма. – Им не надо знать ни моего имени, ни того, что это я управляю их жизнями. Пусть не прямо, косвенно, через легенды, через страхи. Но все в этом городе идет от меня.

– И вы меня этому научите? – захлебнулась от восхищения Мира.

– Научу, – кивнула ведьма. – Людьми управлять легко, особенно когда понимаешь, что именно ими движет.

– Сказки, – сказала Мира.

По крайней мере, ей так казалось. Именно сказки делали их город таким – наполненным, живым, интересным для туристов. Обычная жизнь, бытовые вопросы – они везде одни и те же. Но сказки, сказки дарили этому месту индивидуальность.

– А когда ты научишься слушать лес, – сказала ведьма, – я познакомлю тебя кое с кем.

– С кем? – Мире хотелось знать все и сразу.

– Потом.

Ведьма чувствовала, что горло снова начинает саднить. Она слишком много говорила – и то, чего не планировала.

Солнце жарило нещадно. Мира смотрела на небо и думала, куда могло унести такие тяжелые облака, которые, казалось, закрыли собой всю землю. В кармане завибрировал телефон. Мангуст уточнял, как дела. Стоило огромных усилий уговорить его остаться дома и не ходить следом. В первую очередь Мира переживала, что ведьма сделает что-нибудь ужасное не во сне, а на самом деле.

– Все, приходи завтра.

Голос ведьмы заметно осип и не слушался.

– Ты достаточно узнала сегодня, тебе есть о чем подумать.

Мира не стала спорить, кивнула и пошла домой. Ведьма смотрела ей вслед и злилась на себя. Зачем она все это рассказала? Договор с Акуловым вообще не должен был касаться той, которая скоро отдаст свою жизнь силе и в лучшем случае займет место среди поганок.

Ведьма встала, собрала разбросанные по двору клетки и ушла в дом. Важно было сделать так, чтобы эта девка не узнала больше, чем ей положено.

– Важно, – проговорила ведьма себе под нос, – чтобы она не узнала моего имени.

Почему-то после этой встречи казалось необходимым сохранить имя в секрете.

Мира летела к Мангусту. Сказанное ведьмой сидело в голове буквально клеймом. Ведьма управляет городом, привязала к себе того, кто строит гостиницу. Ведьма может управлять снами. Мира готова была поклясться, что именно ведьма разогнала тучи, которым не было ни конца ни края. Все срочно хотелось рассказать Мангусту, но что, если ведьма будет подслушивать?

Это было первое, о чем спросила Мира, влетев к нему в квартиру,

– Значит, время проверить наши обереги, – серьезно произнес Мангуст. – Если завтра она ничего про меня не спросит, значит, все работает.

Мира кивнула. Ей страшно хотелось поделиться с другом тем, что она узнала.

– Прикинь, никто ее имени не знает, а она городом управляет. – Мира осушила третью чашку компота, который мама Мангуста достала с антресоли. – Интересно, реально ли его выяснить?

Мангуст задумался.

– В целом реально, в библиотеке наверняка есть старые списки тех, кто живет в городе.

– Думаешь, тебя туда пустят?

– Можно что-нибудь придумать, – пожал плечами Мангуст.

Мира крутила в руках оберег, который ей сделал Мангуст, – хвойная веточка, покрытая тонким слоем металла, приятно холодила руку.

– А представь, – заговорила Мира, немного помолчав, – что эта ведьма живет тут чуть ли не с самого основания города!

– Не удивлюсь, если так оно и есть, – нахмурился Мангуст. – Не нравится мне вся эта затея, если честно.

– Мне тоже, – согласилась подруга. – Но я очень надеюсь, что удастся узнать достаточно, чтобы помешать ей путешествовать по моим снам.

Веточка в руках вдруг покрылась толстым слоем ржавчины и распалась. Мангуст сидел напротив, из его глаз текли кровавые слезы. Компот в банке стал густым, вязким. Мира в ужасе смотрела, как меняется лицо друга, слезает лоскутами кожа, а вместо нее вырастают белые поганки. Казалось, ведьма сидит совсем рядом и хохочет. Ее смех разливается по всему городу, и каждая улица, каждый дом покрывается поганками. Они вырастают везде, кроме стройки. Будущая гостиница единственная стоит нетронутая. Ее охраняют сто закопанных куриных тел.

– Хватит! – Мира не узнала своего голоса.

Мангуст вздрогнул, облился компотом, в ужасе уставился на подругу.

– Что случилось? – он боялся снова услышать чужой голос.

– Сможешь достать мне куриную ногу? – глухо спросила Мира, глядя прямо перед собой.

* * *

Агата проснулась от звонка. Внутри все упало: неужели мама звонит? Надо срочно придумать, что ответить, если про Дарину спросит. А если это родители Дарины?

Звонили из участка. Уставший полицейский Саня отчитывался, что ничего не найдено. Никаких зацепок ни по пропавшей подруге, ни по бармену по имени Тулуп.

– В этом городе если пропал, то с концами, – оправдывался Саня. – Я архивы поднял, за десять лет столько народу найти не смогли. Да вы сами видели эту стопку с заявлениями.

– А вы «Белое небо» проверили? – спросила Агата. Слушать одно и то же страшно надоело.

– Первым делом, – заверил Саня. – Но у них все чисто, с самим директором общался, тот говорит, что ничего не замечали странного.

– А если он сам и замешан? – Новый вопрос прозвучал зло.

– Вы думаете, мы его не проверили? – обиделись на той стороне. – Изучили все перемещения, вплоть до поездки к какой-то подруге за город. Нет вашей Дарины, сгинула.