Пахомов улыбнулся:

— Во-первых, литература — это не жизнь. Во-вторых, она дама хитрая и знает, что о крайностях писать легче, а в-третьих, пишут и о трех сестрах, и о Катюшах Масловых, и об «одних из нас», которых к крайним точкам человечества не причислишь.

— А вы, Степан Петрович, о Сакулине пишете? — неожиданно спросил Димка. — О нем что, легче?

И опять легкая улыбка скользнула по губам Пахомова.

— Легче писать, когда человека не знаешь. Придумываешь его и лепишь. А как только глубже заглянешь в человека, то многое разрушается. И то не так, и это не сходится. И выясняется, как в том анекдоте: все у тебя плохо, и едешь ты не в ту сторону.

— Познания увеличивают скорбь, — усмехнулся Димка.

— О, библию цитируешь! — воскликнул Пахомов. — Отчего это, Дима? Уж не оттого ли, что не стал учиться в институте?

— Нет, не оттого. Просто в ваших вузах для меня смертная скука.

— Почему?

— Учат не тому, что мне нужно.

— А что нужно тебе? — с интересом спросил Пахомов.

— Хочу в вузе изучать естественные и технические науки. Хотя технику не терплю, — заговорщически улыбнулся Димка. — От нее все беды на земле. А к естественным наукам нужны способности, коими не отмечен.

— А что скажешь о гуманитарных вузах?

— В них только портят людей. Преподают какую-то чепуху, к примеру, придуманное две тысячи лет назад римское право. Забивают головы глупой моралью, вроде той что человек — царь природы, обязанный ее покорять.

— Ин-н-те-ре-е-сно, — распрямился в кресле Пахомов и с удивлением посмотрел на Димку. — А за кого же ты нас с твоим отцом принимаешь? А заодно и всех, кто имел несчастье учиться в этих бесполезных институтах?

— Ну, вам-то повезло. Вы с отцом окончили технический, а не гуманитарный. Правда, потом вам этот институт оказался в принципе не нужным, вы стали писателем. А отец все, что ему надо было для конструирования машин, узнал позже из книг и на производстве, где работал.

— Значит, все институты сжечь?

— Не все.

— Ах, только гуманитарные как самые вредные.

— Не вредные, а не приносящие особой пользы. Все, чему там учат, человек и сам может узнать, и нечего пять лет на шее у государства сидеть.