Василий отстегнул у Федора широкий ремень и туго обмотал им сломанную ногу. Тот глухо застонал, на секунду раскрыл невидящие глаза и снова закрыл их. Оторвав лоскут от клочьев своей рубахи, Василий закрепил ремень.

— Вот как надо, — сказал он не то сам себе, не то Федору.

Никогда Василий не думал, что сможет взвалить на себя грузного Федора Заболотнова и нести по скалам. Это было неправдоподобным. И, делая каждый шаг, Василий удивлялся, что он не падает, что спина его держит такую тяжесть. Через каждые десять-пятнадцать шагов он тяжело сваливал Федора на землю и падал сам, слушая, как ошалело колотится сердце, глухо стучит в висках и остро колет в боку. Отдышавшись, ругался и опять нес.

Он потерял счет времени и расстоянию. Перед глазами стоял только серый, изгрызенный сыростью и ветрами гранит, мелкий щебень, клочья жесткой травы, раздиравшие ссадины на ногах.

Василий пугался каждой расселины, каждого уступа. Он злился на себя, хотел сбросить тяжесть со спины и не мог этого сделать…

Поскользнувшись на мокром камне, Василий упал лицом в траву.

Федор застонал и открыл глаза.

— Вася… Васенька… озолочу тебя, спаси, — торопливо зашептали губы, а руки ухватились за лохмотья рубашки Василия.

— Замолчи, паразит! — Василий ударил его по руке. — Ползи теперь сам. Хребтину чуть из-за твоей туши не сломал… Ползи, говорю.

— Сейчас, сейчас, — заторопился Федор и, неловко приподнявшись на локтях, пополз по склону горы.

Василий смотрел ему вслед, и в голове его созревало беспощадное решение.

Когда он догнал Федора, тот повернул лицо и, по-собачьи засматривая снизу, тихо попросил:

— Не бросай, Вася… Все тебе отдам, что попросишь. Не бросай.

— Не брошу, — коротко ответил Василий и увидел, что звериной радостью блеснули глаза Федора.

Словно плеснув воду на огонь, он погасил эту радость:

— Не брошу. Я тебя на свет выволоку и нутро твое людям покажу… Расскажу, как ты меня на заливе топил.

— Не поверят тебе… — сипло выдохнул Федор.

— Поверят. — В голосе Василия слышалось такое убеждение, что Федор снова тонко заскулил.

— Ползи, чего глаза таращишь? — Василий зашагал по камням.