Глава I

ОСТРОВ МИРА

Аквиднек[1] — остров Мира!

О Коддингтон[2], и вы, заседатели генерального совета! Как вы могли в погоне за модой на переименование всего, что звучит непривычно саксонскому уху, изменить это историческое, данное аборигенами название на ничего не значащее Род[3]?

Сказались ваша привычка все переделывать, дурновкусие и простое невежество: старый голландский штурман, давая свое название этой замечательной стране, ошибся — а вы его ошибку повторили.

У Блока, по крайней мере, была причина дать этому дивному месту такое название, и причина вполне поэтическая. Огибая Сачуест-поинт[4], штурман созерцал величественный лес, окрашенный лучами осеннего солнца в красный цвет. Он был восхищен пурпурной листвой деревьев и алыми гирляндами ползучих растений. Перед его глазами предстали яркие утесы цвета охры. Именно поэтому в его судовом журнале появилась запись «Красный остров»!

О достойный Коддингтон, чем же вас не устроило название индейцев? Почему вы предпочли новое, данное голландцем просто по незнанию?

Я буду придерживаться старого названия — остров Мира; хотя прошли уже те времена, когда вампаноаги[5] погружали свои бронзовые тела в спокойные воды Наррагансетта[6], и их легкие каноэ скользили вокруг острова.

Куда ушли те времена, Аквиднек? С тех пор тебя слишком часто обжигало горячее дыхание войн. Где теперь этот девственный лес, который так радовал глаз флорентийца Верраццано[7]? Где эти величественные дубы, вязы и клены? Куда исчезли зеленые сосны и красные кедры? Где березы с их знаменитой корой, где каштаны, дающие пищу голодному путнику, где сассафрас[8], который восстанавливает здоровье и продлевает жизнь?

Всего этого больше нет. Все это уничтожено огнем и топором безжалостного варвара — солдата.

Ты разграблен, Аквиднек, но ты по-прежнему богат. Ты по-прежнему остаешься островом Мира, колыбелью Любви; каждая пядь твоей земли освящена шагами влюбленных, каждый выступ твоих утесов помнит эту старинную историю.

* * *

Ньюпорт[9], год 18**, разгар сезона.

Апартаменты одной из лучших американских гостиниц — «Океанхауз» — с окнами, обращенными на запад. На третьем этаже — длинный балкон с видом на Атлантику. Океан простирается широкой голубой полосой до самого горизонта. Слева — Сачуест-поинт, справа — парк Бивертейл с маяком; а между ними — многочисленные рыболовецкие суда. Рыболовство — главное ремесло местного населения. Вдали белеет парус корабля и вьется дым парохода — оба, очевидно, совершают рейс между двумя крупными морскими портами — Шаумутом и Манхэттеном.