Пригласить Джулию в кабриолет — это было очень деликатное дело. И к тому же очень смелое предложение, но, поскольку он уже однажды слышал ее пожелание, то мог его сделать, не опасаясь нанести оскорбление.

Она вполне могла согласиться. Свинтон знал, что Джулия была молодой особой без предрассудков, которой не чужды смелые поступки и которую не может остановить общественное мнение. Она никогда не подчинялась его тирании. В этом отношении она была истинной американкой.

Таким образом, он полагал, она согласится на предложение, и весь вопрос был в том, чтобы мать дала разрешение.

Но после их недавней дружеской беседы на званом обеде он полагал, что миссис Гирдвуд также не будет возражать.

Уверенный в успехе, он полагал, что не будет никакого вреда сделать такую попытку, и нанял роскошный кабриолет.

Вдохновленный этими надеждами, мистер Свинтон выпрыгнул из экипажа, бросил вожжи лакею и переступил порог отеля «Кларендон».

Глава LXX

ИСКУСНЫЙ ИЗВОЗЧИК

— Миссис Гирдвуд дома? — спросил он, обращаясь к швейцару отеля.

— Я сейчас посмотрю, сэр, — ответил слуга, почтительно поклонившись и отходя.

Он запомнил джентльмена, который угостил его такими первоклассными сигарами, и потому был так дружелюбно к нему настроен. К тому же он тогда отдал должное внешнему виду посетителя. И тем более сейчас швейцар испытывал уважение к его новому пальто, бесспорно от Пула, модным брюкам, ботинкам и шляпе. К тому же слуга видел через стеклянную дверь его кабриолет с грумом в высоких сапогах с отворотом. С владельцами таких экипажей швейцар был заведомо вежлив, и тем более с мистером Свинтоном, при воспоминании о его первоклассных сигарах.

Экс-гвардеец ждал возвращения швейцара с некоторым волнением. Кабриолет, включая грума, стоил ему соверен. Было бы досадным выкинуть двадцать шиллингов напрасно.

Возвращение слуги его успокоило.

— Миссис Гирдвуд и ее семейство здесь, сэр. Передать им вашу визитку?

— Да, будьте добры.

И Свинтон, вынув карточку, передал ее швейцару.