Он подошел уже совсем близко, когда услышал голоса, ведущие беседу, которые предупредили его о том, что шпионы где-то рядом. Он сумел увидеть двоих из них.

Они приближались к месту, где он стоял.

Ворота сада, обрамленные парой массивных столбов, образовали нишу, темную, как в подземелье Плутона.

Сюда и отошел граф, стараясь занять как можно меньше места, насколько позволяло его тело.

Туман, почти осязаемый на ощупь, помог ему остаться незамеченным.

Эти двое подошли и, к счастью для Розенвельда, остановились почти перед самими воротами.

Они продолжали беседу, разговаривая достаточно громко, так что граф мог слышать каждое слово.

Он не знал, кем они были, но их беседа вскоре открыла ему все тайны. Это были шпионы, которые занимали дом напротив дома Кошута, — те самые люди, в поисках которых он и отправился на разведку.

Ночная темнота не позволяла ему разглядеть их лица. Он мог лишь различить две фигуры, нечетко проступающие сквозь пелену тумана.

Но это не имело значения. Он никогда не видел этих шпионов раньше, и потому их лица ничего бы ему не сказали. Достаточно было того, что он слышал их.

И он услышал достаточно для того, чтобы посчитать свою цель достигнутой, — достаточно для того, чтобы вести себя тихо, пока они не ушли; а затем, потрясенный услышанным, поскорее вернуться в круг друзей, которых он некоторое время назад оставил.

Он ворвался в комнату со словами, которые вызвали удивление — почти испуг!

— Вы не должны никуда уезжать, мой губернатор! — были первые слова, которые сорвались с его губ.

— Почему? — спросил Кошут в удивлении, которое разделяли все.

— Мой бог! — ответил австриец. — Я услышал странную историю, после того как я покинул вас.

— Какую историю?

— Историю этого восстания в Милане. Найдется ли на земле хоть один человек, чтобы поверить в эту историю, настолько подлую и отвратительную?

— Объясните, что вы хотите этим сказать, граф!

Это была реакция всех присутствующих.

— Терпение, джентльмены! Вы и сами будете поражены, услышав, что я расскажу.