Юноша с совком в руках вздрогнул и уронил совок.

— Десять тысяч долларов?! — будто самого себя спросил он в недоумении, а потом вдруг неожиданно подпрыгнул на месте от возникшей счастливой мысли: — Не купят! Ура!..

Но на аукционе никому не было дела до чувств этого юноши. Все были заняты торгами. Одни старались продать свой товар подороже, другие купить подешевле. Таков вечный закон торгового предприятия.

— Десять тысяч долларов!.. — удивленно-разочарованно загудела публика, и через некоторое время число поднятых палочек заметно поубавилось.

Ведущий вовремя уловил момент и приступил к делу:

— Уважаемые дамы и господа!

Я, уважаемые дамы и господа, сегодня счастлив. Счастлив тем, что за мою сорокалетнюю карьеру я впервые имею возможность предложить моим дорогим покупателям жеребца без единого изъяна. Не жеребец, а загляденье, быстрый, как ветер, сильный, как дьявол! Поверьте моему опыту, господа, иного такого жеребца нет. Кто хочет приобрести истинного для себя спутника, преданного друга, спешите!

Участники аукциона на некоторое время притихли, осмысливая слова ведущего.

Вот поднялся первый фанерный щиток с четко выведенными меловыми цифрами.

— Господин Дэвид Лансдей дает за Калтамана одиннадцать тысяч долларов. Дамы и господа, английский представитель любителей лошадей господин Дэвид Лансдей оценил Калтамана в одиннадцать тысяч долларов, тем самым еще раз подтвердив и без того высокую репутацию знатока! — ведущий легкой походкой направился к господину, молча сосавшему внушительную трубку. — Господин Хойманн, я рад приветствовать вас на нашем аукционе, — сказал он игривым тоном и тут же обратился к смуглому с изящными усиками под орлиным носом итальянцу: — Сеньор Хосе Тонино вас сегодня просто не узнаю, вы всегда были в числе самых истинных любителей и ценителей ахалтекинских коней. Торопитесь, сеньор, если не хотите упустить из рук красавца Калтамана.

Ведущий, видимо, большой знаток не только лошадей, но и их покупателей, обошел почти половину арены по кругу, перекидываясь шутками и остротами со своими, возможно, постоянными клиентами и вновь обратился ко всей публике:

— Дамы и господа! Всеми нами уважаемый господин Дэвид Лансдей дает за Калтамана одиннадцать тысяч долларов. Кто больше?!

Господин в огромном сомбреро поднял щиток, где красовалась цифра двенадцать тысяч.

Американцы и итальянцы недовольно покосились на того господина, а покупатель-француз что-то проворчал и сам покраснел от своих слов, видимо, и французский язык не всегда воспевает розы да любовь.

— Представитель из Мексики дает за Калтамана двенадцать тысяч долларов, — голос ведущего звучал громко и уверенно. — Дамы и господа! Внимание, двенадцать тысяч долларов, раз! Двенадцать тысяч долларов, два!..