— Колька, — воскликнула она наконец, — ты прямо отпугиваешь от себя. Срочные восьмипроцентные облигации, флотационные установки… Ничего не понимаю. Смысл улавливаю, конечно, но этого ведь мало, правда?

— Вполне тебя понимаю, — рассмеялся Мигалов. — Однажды в казарме за обедом бухгалтер со счетоводом принялись судить Лена-Голдфилдс, а я сидел, хлопал ушами и краснел. Ничего, Лида, премудрость не велика. Если надо будет, зубы стиснешь и узнаешь.

Транспорт, переправившийся на левую сторону ключа, двигался к голове разреза Нижнего прииска. Уменьшенные расстоянием верблюды и кони напоминали детские аппликации, наклеенные на белый картон. Перспектива ступенчатых далей, уходящих к горизонту, брошенная в сопки узкая долина, окруженная закопченными домиками и лачугами, люди, солнце, отмякший снег, запах оттепели создавали праздник в душе. На миг в серых с золотой искоркой глазах Николая сверкнул шалый огонек младшего смотрителя из шахты № 4. Он схватил Лидию за плечи и затряс.

— Лида, идем глянем на первую драгу. Она маленькая в сравнении с теми, какие прибудут за ней следом, но сегодняшние люди, вроде нас грешных, может быть, счастливее далеких, очень великих. Идем!

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Роман «Золото» явился завершающим этапом работы Завадовского над сибирской тематикой. Написанные до этого рассказы о золотоискателях, о мужественных и сильных людях сибирской тайги, бесстрашно борющихся с суровой природой, были как бы эскизами, пробными набросками к созданию большого развернутого полотна о людях суровой, романтичной Сибири. В «Золоте» наряду с показом золотоискателей, которым еще присущи звериные привычки, оставшиеся от наследии дореволюционного прошлого, когда «человек человеку был волк», автором нарисованы люди нового склада, они активно вторгаются в жизнь, проповедуют массам коммунистическую мораль. Это коммунисты, комсомольцы, сочувствующие большевикам передовые рабочие. Наиболее активными представителями их являются Шепетов, молодой коммунист Петя, Поля, прибывшая на прииски по воле комсомола, чтобы насаждать здесь новую культуру. Таких людей на прииске еще немного, но они глубоко уверены в своей правоте, и эта уверенность помогает им из общей массы разношерстного приискового населения находить, как драгоценные крупинки золота в куче золотоносного песка, хороших, еще не испорченных до конца золотой горячкой, людей, шлифовать их сознание и делать своими помощниками. Так были «найдены» Николай Мигалов, Лидия, Мишка Косолапый, такой бы, надо полагать, стала Мотя, если бы не погибла от ножа убийцы.