— Мы едем по главной улице, — снова заговорила Елка. — Она пыльная. В окне дома стоит кукла, а рядом сидит кот. Он…

— Елка, — перебил ее Федор Иванович. — Опять не по существу…

Елка вздохнула:

— Сейчас будет по существу. На улице строится деревянный дом, а рядом много мусора.

Машина резко затормозила и остановилась.

— Кажется, приехали. — Елка осмотрелась. — Стоим у старого дома с заколоченными окнами.

— Это и есть афанасьевский. — Шофер с любопытством посмотрел на Федора Ивановича. — Пять лет никто в нем не живет.

Федор Иванович взялся за борт кузова, чтобы прыгнуть на землю.

— Осторожнее, — предупредил шофер и хотел помочь Федору Ивановичу.

— Не надо, — сказала Майя Михайловна. — Он сам.

Елка посмотрела, как папа, спотыкаясь, торопился к дому.

Он уперся в стену и по стене пошел к дверям. На дверях Федор Иванович нащупал доски, набитые крест-накрест, и спросил:

— Нет у вас топора, что ли?

— Есть ломик, — ответил шофер.

Елка взяла ломик у шофера и отнесла отцу.

Федор Иванович подсунул ломик под доски, сильно рванул. Доски отлетели и упали Федору Ивановичу под ноги, ржавыми гвоздями кверху. Елка убрала доски, чтобы папа не наступил на них.

— Майя, Елка! — позвал Федор Иванович. — Пошли. — Он открыл дверь, и они скрылись в доме.

Шофер влез в кузов, снял чемодан, отнес к дому и уехал.

* * *

— Темно, — сказала Елка. — И пахнет плесенью.