Игоря Матвеев увидел у входа в здание аэропорта.

Брат был моложе его на тринадцать лет. Петр родился в 1921 году, Игорь в 1934-м. Трудно сказать, почему, но внешне братья не походили друг на друга. Петр был высокий, плечистый; Игорь, наоборот, роста небольшого и фигурой хрупок. У Петра лицо мужественное, может, чуть грубоватое. Игорь казался изнеженным. В школе его до шестого класса дразнили девчонкой. Как знать, может, форма наследственности имеет свои весны и осени, потому и дети, рожденные одними и теми же родителями, как времена года, отличаются друг от друга.

Игорь поднял руку, помахал и заторопился навстречу брату.

Петр кивнул, давая понять, что увидел. Но руки не поднял. И не улыбнулся, не в пример брату. Они обнялись. Ткнулись губами друг другу в щеки.

На площадке напротив выхода из здания Внуковского аэропорта стояла вереница такси. Они взяли машину. Поехали.

— Это не дело, — сказал Петр, скучно и хмуро глядя в затылок таксиста.

— Что? — спросил Игорь.

— В тридцать пять лет менять профессию.

— Слишком громко сказано.

— Сказано вполголоса.

— Тогда я не понимаю тебя, — Игорь искоса посмотрел на брата. — Это очень условно: поменял профессию. Я остался в звании майора. Нахожусь в рядах Вооруженных Сил. Правда, прилагаю усилия свои и применяю знания несколько в ином направлении.

— У тебя были хорошие возможности.

— Не понимаю.

— Надо было брать полк, когда тебе предлагали.

— Зачем мне такая обуза?

— Обуза?

— Твой пример — лучший ответ.

— Это просто фраза. И не очень удачная. Хотя бы потому, что я никогда не считал службу обузой для себя.

— Да, — согласился Игорь. — Ты прав. Я сказал неумно. Я хотел сказать, что я по натуре не хозяин. Не знаю, хороший ли я специалист или не очень. Но точно знаю, что я не хозяин.