А если писатель пишет о вымышленных героях, то можно ли ему верить, правду ли он нам рассказывает?

Наверное, в Америке много мальчиков, которые хотят осмыслить окружающий их мир, мальчиков добрых и озорных, понимающих, что есть иные ценности, кроме умения делать деньги, ищущих справедливости в коварном и жестоком мире бизнеса. Но вероятнее всего, они не точно такие, как Гомер Маколей — герой американского писателя Уильяма Сарояна в рассказе «Древняя история». Сароян вложил в своего героя частичку себя, своей души, своего миропонимания. Он создал своего героя, наградил его определенными чертами характера, отправил его в жизнь. И герой уже живет по законам своего характера, поступает так, как диктуют ему его нравственные принципы, его возраст, обстоятельства… Писатель уже не властен над ним, он не может заставить его действовать вопреки его натуре. Если же писатель попытается все же заставить героя действовать по своему приказу, мы сразу заметим и скажем, что герой надуманный, и закроем книгу, не поверив в то, что нам рассказали правду.

Но в чем же тогда правда искусства, если речь идет о вымысле и о герое, рожденном в воображении писателя? Да в том, что даже в самом фантастическом романе писатель рассказывает о нашей истинной, земной, повседневной жизни и главным образом о жизни своей страны, радости и несчастья которой становятся радостью и несчастьем самого писателя. Иначе зачем бы ему браться за перо.

Вот, например, фантастическая повесть австрийской писательницы Кристины Нёстлингер «Долой огуречного короля!». На первый взгляд здесь наряду с вполне реальными людьми, живущими в реальном мире, действуют существа вовсе не реальные, а, скорее, сказочные. Это Огурцарь и его бывшие подданные кумиорцы. Но писательница выбирает такой способ изображения не для того, чтобы перенести нас в волшебную страну. Напротив, действие происходит в современной Австрии, и обращается она к самым насущным проблемам этой страны, где в течение многих лет господствовал фашизм. И не случайно один из героев повести Огурцарь, бежавший из подвала, жаждет навязать людям старый порядок.

Вот так, даже в этой истории с элементами фантастики мы встречаемся с реальным миром, который изображается писателем со всеми его сложностями, семейными, политическими и нравственными противоречиями.

Сочетания реального и фантастического мы встретим и в повести немецкого (ФРГ) писателя Джеймса Крюса «Тим Талер, или Проданный смех». Создание исключительной ситуации, которая возникает благодаря фантастическому персонажу барону Тречу, помогает автору не только выявить самые больные проблемы своего общества, но и дать возможность герою осознать их, найти нравственные силы для личной позиции, для борьбы за человечность, за справедливость, хотя борьба эта была нелегкой. Если вдуматься, то мотивы поведения Тима Талера, обстоятельства его жизни вполне реальны, писатель только преобразил их силой своей фантазии.