3-4 — «Куда, куда вы удалились,

Весны моей златые дни?..

Ср. стихотворение «К реке М…», приписываемое И. А. Крылову:

а также анонимное (Перевозчикова?) «Утро»:

ср.: Гиппиус В. В. К вопросу о пушкинских «плагиатах». — Пушкин и его современники, вып. XXXVIII–XXXIX. Л., 1930, с. 44). У Милонова в элегии «Падение листьев»:

У Жуковского в стихотворении «Мечты, песня [из Шиллера]»:

В оригинале Шиллера («Die Ideale») O! meines Lebens goldne Zeit…»

«Падение листьев» Милонова подсказывает не только фразеологические, но и сюжетно-ситуационные параллели к судьбе Ленского — умирающий юноша-поэт мечтает о том, как его возлюбленная будет проливать слезы на его могиле, но после его смерти невеста не появляется. «Близ дуба юноши могила» покинута, около нее сидит лишь деревенский пастух — судьба романтика развертывается в соответствии с романтическими штампами.

5 — Что день грядущий мне готовит? — Ср. в стихотворении Кюхельбекера «Пробуждение»:

Включение в элегию Ленского стиха из ранней элегии Кюхельбекера представляло тонкий полемический ход. Оно было ответом П на войну, объявленную Кюхельбекером элегиям. Ср. в том же стихотворении «Пробуждение»:

Ср.:

9 — Паду ли я, стрелой пронзенный… — Стрела зд. не поэтизм, означающий «пуля», а утвержденный Карамзиным эвфемизм — замена слова «смерть». Ср.: «Счастливые швейцары! <…> Вся жизнь ваша есть, конечно, приятное сновидение, и самая роковая стрела должна кротко влетать в грудь вашу, не возмущаемую тиранскими страстями!» К этому месту Карамзин дал примечание: «Читатель, может быть, вспомнит о стрелах Аполлоновых, которые кротко умерщвляли смертных».