Знамя. 1988. № 1. Затем: Письма. Печатается и датируется по второй публикации.

М. А. Булгаков — П. С. Попову. 5 октября 1936 г.

М. А. Булгаков — П. С. Попову. 5 октября 1936 г.

Москва

Здорово, Павел!

Продолжаю приятный разговор, который тогда начался по телефону. Ты все-таки хотя бы позвонил!

У меня была страшная кутерьма, мучения, размышления, которые кончились тем, что я подал в отставку в Художественном Театре[410] и разорвал договор на перевод «Виндзорских».

Довольно! Все должно иметь свой предел.

Позвони, Павел! Сговоримся, заходи ко мне. Я по тебе соскучился. Елена Сергеевна долго хворала, но теперь поправляется.

Прикажи вынуть из своего погреба бутылку Клико, выпей за здоровье «Дней Турбиных», сегодня пьеса справляет свой десятилетний юбилей. Снимаю перед старухой свою засаленную писательскую ермолку, жена меня поздравляет, в чем и весь юбилей.

Передай Анне Ильиничне от Елены Сергеевны и от меня привет, позвони, напиши или зайди.

Твой М. Б.

Письма. Публикуется и датируется по машинописи с подписью-автографом (ОР РГБ. Ф. 218. К. 1269. Ед. хр. 14. Л. 37).

Письма. Публикуется и датируется по машинописи с подписью-автографом (ОР РГБ. Ф. 218. К. 1269. Ед. хр. 14. Л. 37).

М. А. Булгаков — Я. Л. Леонтьеву. 5 октября 1936 г.

М. А. Булгаков — Я. Л. Леонтьеву. 5 октября 1936 г.

Большое спасибо Вам, дорогой Яков Леонтьевич за милое и заботливое письмо.

Оба договора подписаны[411] 25.09, и я уже начал свою деятельность. Пожелаем, чтобы она была удачна!

Москва, как и полагается, награждает меня житейскими заботами. В числе прочего ожидаю с нетерпением приезда Асафьева. В каком состоянии его работа[412] — не знаю. По словам Дмитриева, он поправляется после болезни.

В проезде Худ[ожественного] Театра загадочное молчание, правда, прерванное легким разговором с юрисконсультом ихним о возврате пяти тысяч за «Виндзорских». — С большим удовольствием, — говорю я, — вычитайте из авторских.