Опять по рядам прокатился шумок. Торжествующе улыбнулся Толмачев: вот это он и имел в виду, задавая свой вопрос. Оживленно перекидывались короткими замечаниями члены парткома. Павел Павлович одобрительно закивал, что-то шепнул Сергею Тимофеевичу...

Шумков понял, что перехлестнул. Он впервые вот так сталкивался с секретарем парткома и теперь видит: обманчива молодость Гольцева, такого трудно сбить с толку, как ни мудрствуй, с таким надо быть поосторожней. Не желая обострять отношений, вообще не стал возвращаться к тому, после чего уже была поставлена точка Гольцевым.

— Ну, а наши взаимоотношения с секретарем цеховой парторганизации Марьенко, — продолжал он, — считаю нормальными. Не знаю, что имел в виду товарищ Толмачев. — Шумков обернулся к столу президиума, где среди других членов парткома сидел старший люковой Марьенко. — Может быть, вам, Афанасий Архипович, — обратился к нему, — легче ответить на этот вопрос?

— Я вас спрашиваю, — подал голос Толмачев, — И имею в виду то, о чем вы и Афанасий Архипович предпочитаете умалчивать. — Он поднялся — взволнованный и решительный: — Разрешите, Константин Александрович?

Гольцев кивнул.

— Когда Сергей Тимофеевич Пыжов и группа наших товарищей разработали проект новой схемы технологического режима работы печей, что позволит значительно увеличить выход продукции, и обратились к Афанасию Архиповичу Марьенко, как секретарю парторганизации, он горячо взялся за это дело. Но его энтузиазма хватило только до тех пор, пока наш проект попал к товарищу Шумкову. Какой там у них был разговор — не знаю. Однако после этого Афанасий Архипович ушел в сторону, ничего не сделал, чтобы продвинуть наше предложение. — Иван говорил с сердцем: никак не мог забыть полученную сегодня взбучку от Сергея Тимофеевича. «Нашкодил — и носа не кажешь?» — выговаривал он ему за то, что не вырвал у Шумкова оставленные ему бумаги, не передал их в партком, не сообщил в своем письме о заводской беде. — Конечно, это нас не остановило, продолжал он. — Мы знаем и другие пути — в партком завода, к директору... Хотелось по-человечески, чтобы не обойти свое непосредственное начальство. А вышло так, что только время потеряли. И в этом Афанасий Архипович Марьенко...

— Марьенко обвинять не в чем, — не выдержал Шумков. — Сугубо технические вопросы не в компетенции секретаря партийной организации. Когда люди без инженерного образования...

— О каком проекте говорит Толмачев? — Чугурин вопросительно посмотрел на Пыжова, на Гольцева. — Почему я не знаю?

Гольцев отпустил Шумкова, перевел взгляд на главного инженера, как бы приглашая к разговору. Суровцев — внешним видом до некоторой степени оправдывающий свою фамилию — прямой, суховатый, немногословный, сказал, не поднимаясь: