Он поздоровался и попросил у нас извинения, что заставил нас так долго ждать и что все так вышло.

– Я совершенно негодный, отвратительный, неточный человек, – сказал он. – И вообще со мной совершенно невозможно иметь дело и не нужно иметь дело. Мне кажется, – уже никто и не желает иметь со мной дело. И, очевидно, правильно поступает.

Все это было сказано с улыбкой.

– Надолго ли вы приехали в Голливуд?

Я ответил, что недели на две.

Все, что говорил Чаплин, он говорил быстро, на ходу, и при этом мы все время как-то бесцельно, как мне показалось, передвигались, вернее, Чаплин быстро передвигался, а мы поспевали за ним.

– Я сейчас репетирую последние дни, – говорил он. – Я вообще всегда репетирую до самой последней минуты. Но при этом я все еще не подобрал всех актеров, которые мне нужны. И сейчас опять пробую по нескольку разных актеров на несколько ролей. Никак не могу найти сыщика.

Он вдруг спохватился:

– Но вы же не знаете, в чем дело! Вы же не представляете, что будет у меня в картине.

Я ответил, что я кое-что читал об этом, что в газетах писали, что в его фильме будет рассказано что-то вроде истории Синей Бороды⁷.

– Да, да, – сказал он. – Но это будет безумно смешно. Вы даже не представляете себе, как это будет смешно.

Он на несколько секунд замолчал, и по выражению его лица мне показалось, что он сейчас вспоминает какие-то ужасно смешные вещи из своей будущей картины и, вспоминая их, забавляется своими воспоминаниями.

– Но мы сначала пойдем посмотрим декорации, – сказал он. – Вот этот домик, где он будет обольщать свою четвертую жену. Это будет безумно смешная сцена. В сущности, в душе он ребенок. И очень застенчивый человек, и вовсе не любит обольщать женщин. Он совершенно не любит этим заниматься. И при этом он еще очень, очень вежливый…

И Чаплин каким-то неуловимым жестом и короткой смешной гримасой показал, какой вежливый его герой.

– Он очень вежливый. А она очень шумная женщина. Очень большая, очень немолодая и очень шумная женщина. Неприятная женщина. А ему нужно ее обольстить. А потом убить. Понимаете? Но он очень не любит все это делать. Он прекрасный семьянин и очень застенчивый человек. Ему так неудобно обольщать эту женщину, и он так вокруг нее прыгает при этом, и у него толком ничего не получается… Это будет безумно смешно!

Он обернулся на полуслове, заметив какого-то шедшего к нему человека. Человек в руках нес несколько вещей, которые в такой комбинации можно увидеть только на киностудии: бутылку с наклейкой, длинный гвоздь и кандалы.

– Сейчас, минуточку, – сказал Чаплин и подошел к своему сотруднику. – Очень хорошо. Бутылка, гвоздь и кандалы.