(6) …во главе которой стояли Серафимович и Панферов… – Серафимович Александр Серафимович (1863–1949) был главным редактором журнала «Октябрь» в 1926–1929 гг. Панферов Федор Иванович (1896–1960) возглавлял журнал «Октябрь» с 1931 г. до конца жизни (с небольшими перерывами). Б. Горбатов опубликовал в журн. «Октябрь» «Горный поход» (1932, № 5–6, 7) и «Мое поколение» (1933, № 8, 9, 10, 11).

(7) …внезапно появившуюся в «Культуре и жизни»… – Речь идет о редакционной статье «Молодая гвардия» на сцене наших театров» («Культура и жизнь», 1947, 30 ноября).

(8) Для меня в тот же день в том же номере… – Речь идет о статье Н. Маслина «Жизни вопреки…» («Культура и жизнь», 1947, 30 ноября).

(9) …очередную главу романа «Жили два товарища»… – «Жили два товарища» (1951) – первая книга романа Б. Горбатова «Донбасс».

(10) Начал читать «Сагу о Форсайтах»… – Роман английского писателя Джона Голсуорси (1867–1933).

(11) …снимается по его сценарию фильм «Донецкие шахтеры»… – Сценарий фильма «Донецкие шахтеры» (1951), поставленного режиссером Л. Луковым, написан Б. Горбатовым в соавторстве с В. М. Алексеевым.

(12) …наслаждается донбасской жарой… – В предисловии к книге Б. Горбатова «Мое поколение. Ячейка. Прощание» Симонов вспоминал об этом: «Выглядевший старше своих лет, погрузневший, усталый, он уже чувствовал себя плохо, прибаливал, но по утрам регулярно работал, каждый день своим бисерным, тщательным почерком писал на маленьких блокнотных листках в клетку одну-две странички романа. Писал медленно, долго, в уме так и этак на память переворачивал, мысленно исправлял каждую фразу, а потом, записав ее, выходил на улицу босиком и с удовольствием ступая по горячей пыли и закуривая уже неизвестно которую за утро бессчетную папиросу, грелся на жарком утреннем солнце. Он не боялся донбасской жары, наоборот, любил ее, даже в те годы, когда был уже тяжело болен…» (с. 3).

(13) Я обычно в это время еще продолжаю ковыряться над правкой… – Б. Горбатов писал 9 ноября 1951 г. из Абхазии жене в Москву: «У нас установился «железный порядок» в нашей сакле. Костя сочинил распорядок дня. Муза отпечатала его. И он введен в жизнь, как армейский устав. Подъем – в 8 часов утра. Кофе, простокваша, сухари! Все! Затем – все за письменные столы. В час дня – завтрак, после завтрака перекурка, прогулка с Костей по берегу, и снова за работу. В 6 часов дня – обед, отдых, прогулка (но дождь, проклятый дождь, он опять начался сейчас). Костя еще и вечером возится с рукописью. Я всегда восхищался его трудолюбием» («Воспоминания о Борисе Горбатове». М., «Советский писатель», 1964, с. 474–475).