73) История русской психологии XVIII и первой половины XIX века // Тезисы доклада VII съезда Общества психологов. М., 1988.

74) Годы учения у С. Л. Рубинштейна // Сергей Леонидович Рубинштейн. М.: Наука, 1989. C. 296–307.

75) Интервью к 80-летию Е. А. Будиловой // Психологический журнал. 1989. № 2. С. 152–155.

76) На рубеже двух веков (К 100-летию журнала «Вопросы философии и психологии») // Психологический журнал. 1989. № 5. С. 126–137.

77) Психологическая мысль в системе русской культуры: Статья для канадского сборника (на англ. языке) (совместно с В. А. Кольцовой и А. М. Медведевым). 1989.

78) Труды по истории русской психологической мысли. Вторая половина XIX — начало XX века / Отв. ред. Т И. Артемьева, А. Л. Журавлев, В. А. Кольцова. М.: Наука, 2008. 504 с. (Памятники психологической мысли)

79) Труды по истории психологии / Отв. ред. Т И. Артемьева, А. Л. Журавлев, В. А. Кольцова: Институт психологии РАН. М.: Наука, 2009. 504 с. (Памятники психологической мысли)

Моя мать[23] М. Л. Гаспаров

Моя мать[23]

М. Л. Гаспаров

По-английски говорят: self-made man. Тургеневский Базаров переводил это: «самоломный человек». Моя мать была self-made man; сказать self-made woman было бы уже неточно.

Я не люблю называть себя интеллигентом, но иногда приходится говорить — «интеллигент во втором поколении». В первом была она. Ее мать, моя бабушка, была из крепких мещан заволжской Шуи; в церкви из их семьи поминали «рабов Божиих Терентия, Лаврентия, Федора, Вассу, Харлампия…». Эту кондовую Шую она ненавидела всей душой. Чтобы выбраться оттуда, она вышла замуж за моего деда — шляпа-котелок, усы колечками, непутевый шолом-алейхемов-ский тип, побывал в Америке, работал гладильщиком в прачечной, не понравилось. До революции служил коммивояжером (дорожные открытки с видами самых захолустных российских городов кипами раздували старый альбом), после революции — аптекарем или провизором по таким же городам, вроде Решмы и Вичуги.

Бабушка не работала, от деда помощи было мало, мать начала зарабатывать в старших классах школы: брала править корректуры. В Москве было два университета, на всякий случай она подала заявления в оба, сдала экзамены и в оба прошла. В 1926 году для человека из нерабочей семьи это было почти немыслимо. Филологических факультетов не было, был «факультет общественных наук», там изучали все на свете, в том числе узбекский язык и артиллерию. Потом пошла мелким сотрудником в газету «Безбожник», орган Союза воинствующих безбожников под началом Емельяна Ярославского. Подшивки «Безбожника» я листал в детстве — о мракобесии и растленных нравах церковников, со свирепыми карикатурами.