"Заслуженный охотник в наибольшей мере соответствует жизненному идеалу мужчины, который на языке бамбара выражается словами "чее дафален", то есть настоящий мужчина. Состояние "чее дафален" достигается человеком только к старости. Но в качестве идеальной жизненной модели оно прививается с детства" (Арсеньев, 1991a, с. 97).

"Заслуженный охотник в наибольшей мере соответствует жизненному идеалу мужчины, который на языке бамбара выражается словами "чее дафален", то есть настоящий мужчина. Состояние "чее дафален" достигается человеком только к старости. Но в качестве идеальной жизненной модели оно прививается с детства" (Арсеньев, 1991a, с. 97).

Сотни тысячелетий назад флёр Великого Охотника привёл к пониманию того удивительного факта, что мужчиной не рождаются — им становятся. Чтобы стать настоящим мужчиной, отныне надо было стать Великим Охотником. Только совершив все необходимые действия, можно было примкнуть к новоявленной элитной касте Мужчин. Так родились распространённые по всему миру обряды инициации мальчиков, которые, как признают антропологи, оказываются для всех культур куда более значимыми, чем какие-либо сходные обряды для девочек (Абрамян, 1983, с. 86). В один прекрасный день у девочки случаются первые месячные, и всё, с этого момента она навсегда женщина. А вот "быть мужчиной предполагает определённую работу, чего не требуется от женщины, чтобы быть женщиной. Гораздо реже можно услышать как призыв к порядку слова "Будь женщиной!", тогда как соответствующий призыв к мальчику и даже к взрослому мужчине распространён в большинстве человеческих сообществ" (Бадентэр, с. 12). Мужественность оказывается чем-то хрупким, нестабильным, чем-то, что нужно регулярно подтверждать и удерживать. Становлению Мужчины все культуры уделяют главное внимание. "Мужественность для мужчин важнее, чем женственность для женщин" (Бадентэр, с. 62). "Этнографические данные свидетельствуют, что мальчики строже девочек охраняют принятый гендерный порядок" (Кон, 2009b, с. 32). В этом направлении работает вся культура в целом, всё общество. "Отклонение от женской роли воспринимается обществом относительно более спокойно, чем отклонение от мужской. Люди гораздо сильнее беспокоятся по поводу мальчиков, играющих в девчоночьи игры, чем по поводу девочек-"сорванцов" (Бёрн, 2008, с. 190). На этом фоне женщина выглядит откровенно второстепенным персонажем, обделённым вниманием культуры.