Представляется, что именно отечественная теория в силу специфики своего подхода к природе человека как к сущности, подвергаемой радикальным изменениям в процессе исторического развития, обеспечивает, что немаловажно, и возможность формирования оптимистической картины мира у современного человека.

Таким образом, в контексте неизбежного, на мой взгляд, хотя и не равномерного, не всеобщего и не повсеместного прогресса психологии в XXI веке отечественные теория и методология представляются остро актуальными и обладают существенным потенциалом развития. Для того чтобы российская психология была воспринята мировым профессиональным сообществом как самобытная школа, необходима многоплановая и настойчивая работа российских психологов. В русле решения этой задачи особое значение имеет прояснение профессионального самосознания: переход от аморфных и внутренне противоречивых общих представлений о том, что представляет собой российская психология и какое место она занимает в контексте мировой науки, к образу четкому и дифференцированному, от понятия по сути географического, к понятию концептуальному. Очевидно, что не все российские психологи придут в результате к единому мнению. Однако я полагаю, экспликация и прояснение имеющего место «сосуществования и сложного взаимодействия различных имиджей и позиций» [Юревич, 2006, с. 12] являются необходимым условием обеспечения развития традиций отечественных теории и методологии в мировой науке современного посткризисного периода.

Resume

Resume

Integrative and isolationist tendencies in contemporary Russian Psychological Science

Integrative and isolationist tendencies in contemporary Russian Psychological Science

Hardly any of Russian psychologists today can stay indifferent to the question of the place and significance of Russian psychology in the world science and concomitant issues of integration into the global mainstream. The more so that formal evaluations of the work of Russian scientists are more and more determined by the presence or absence of their publications in foreign scientific journals and reference systems. The adequacy of such evaluation criteria and in general of that straightforward focus on the mainstream raise debates among Russian psychologists and demand analysis which is presented in a number of publications (Akser and Saveljeva, 2010; Mironenko, 2005; Mironenko, 2007b; Sirotkina and Smith, 2008; Yurevich 2008a; 2008b; 2009; 2010a; 2010b; Yurevich and Tzapenko 2010; Yasnitsky 2011). We particularly note the works of A. V. Yurevich where the problem of the integration of Russian psychology into the mainstream and the applicability of the above-mentioned criteria for the evaluation of the work of Russian scientists are considered in the broad context of social processes in the professional community.