– Тварь! – проорало существо каким-то скрипучим противным голосом, – Что ты сделал! Как мне теперь работать? Что ты себе позволяешь! Шиш тебе, а не собаку, ты всю мою башню уничтожил. Там же все этажи схлопнулись и в прах превратились. Только контур от самой башни и остался, а внутри всё стесано чуть ли не до состояния зеркала. Все мои наработки накрылись медным тазом. А все мои записи сожрало какое-то непонятное существо!

Мы с Лицом переглянулись. Точно, Чумадца же мы из башни так и не вытащили! Хотя он же вроде был в чемодане, так что, похоже освободился, и судя по тому, что продолжил заниматься своим любимым делом, то происходящая вокруг ситуация его нисколько не пугала. Плохой из меня хозяин, если я даже не вспомнил в минуту опасности про своего такого полезного питомца, который принёс мне больше ста уровней единым махом.

Но следующим из башни вырвался не он. А гигантский цербер, превышающий Филю в размерах раза этак в два. Получился этакий здоровенный буйвол с тремя головами крокодила. Причём все его тело на вид больше всего походило на тело сороконожки бывшего мага, то есть тоже было каменным, хотя извращений в виде каких-то непонятных ног ему всё-таки не досталось, и слава Хаосу! Хотя количество лап всё же претерпело изменение: теперь их было шесть. Всё его тело было покрыто кровавой суспензией сочащейся из постоянно открывающихся трещин в шкуре и втягивающейся обратно в едином порыве. Причём это всё происходило постоянно, в своеобразном цикле. Это выглядело так, словно при вдохе у него расширялась вся кожа и трескалась, и кровь выходила наружу, а при выдохе кровь загонялась обратно и кожа смыкалась до привычного состояния. Кроме того, на коже постоянно встречались шипы, из которых сочилась отнюдь не кровь, а какая-то желтоватая субстанция также пульсирующая в такт дыханию. Это смотрелось уж и вовсе мерзко, словно гной выделяется. Бр-р-р. Головы же, и правда, больше походили на крокодильи, нежели на собачьи. Мало того, в пастях я с удивлением разглядел только два ряда клыков, никаких других зубов не было: ни жевательных, ни резцов. Это уже даже не крокодилья пасть, а акулья! Из глаз его тоже постоянно сочилась и втягивалась кровь, выглядело это довольно отталкивающе, словно кровавые слёзы туда-сюда двигались по злобной оскаленной пасти. Но и это было не всё. Всё его тело было перевито цепями, причём они выходили прямо из тела, сквозь разломы в шкуре, пронизывали его насквозь и выходили с другой стороны, и так было на всём его теле, куда ни глянь. Система подсказала, что передо мной стоит: